Басманный суд Москвы приступил к рассмотрению резонансного уголовного дела против гражданина Израиля Бориса Вольфмана, обвиняемого правоохранительными органами нескольких стран в организации масштабной международной сети "черной трансплантологии". По версии следствия, он являлся одним из ключевых логистов и лидеров синдиката, занимавшегося незаконной торговлей человеческими почками. Главное о процессе - в обзоре "РГ".

Вольфмана в медиа называют "черным хирургом", хотя сам он никогда не проводил медицинских операций. Его ключевая роль в транснациональном криминальном объединении, по версии следствия, заключалась в подготовке логистики, поиске финансово уязвимых людей, их вербовке и обеспечении подложными документами для дальнейшего изъятия органов.

Согласно материалам дела, основная деятельность группировки развернулась в период с 2006 по 2008 год вокруг скандально известной клиники Medicus в Приштине (Косово). Преступная схема была построена на поиске доноров в странах бывшего СССР, включая Россию, Украину, Молдавию и Казахстан. Людям, находившимся в крайне тяжелом материальном положении, Вольфман и его сообщники предлагали продать почку, обещая вознаграждение в размере от 10 тысяч до 18 тысяч евро и уверяя в полной безопасности процедуры.

После согласия Вольфман лично координировал перелеты жертв, встречал их в транзитных аэропортах Стамбула или Тель-Авива и перевозил в Косово. В клинике Medicus почки изымались и пересаживались состоятельным иностранным реципиентам, которые платили за операцию около 80 тысяч евро. По данным следствия, на счету синдиката в Косово числится не менее 30 доказанных эпизодов, а более поздние следы активности группировки вели в Коста-Рику и Турцию, где жертвами становились сирийские беженцы.

Крах этой криминальной империи наступил в ноябре 2008 года из-за случайности в международном аэропорту Приштины. Сотрудники пограничного контроля обратили внимание на крайне бледного гражданина Турции Йылмана Алтуна, который едва не терял сознание. В ходе осмотра медики обнаружили у него свежий хирургический шов. Парень признался, что за несколько дней до этого продал почку в клинике Medicus ради 15 тысяч евро, которых ему так и не заплатили. Одновременно в аэропорту задержали пожилого израильтянина, возвращавшегося домой после срочной пересадки.

Полиция штурмом взяла здание Medicus. Внутри оперативники обнаружили высокотехнологичные операционные и застали других доноров из Восточной Европы, у которых уже успели изъять органы. Лицензию клиники аннулировали, а расследование вскрыло всю цепочку: от владельца клиники Лютфи Дервиши до оперировавшего турецкого хирурга Юсуфа Сенмеза по прозвищу "Доктор Франкенштейн". Финансовой логистикой и координацией доноров в этой схеме, по данным следствия, руководил израильтянин Моше Харель, с которым плотно сотрудничал Борис Вольфман.

В итоге суды признали руководство Medicus виновным в торговле людьми, а владелец клиники получил реальный тюремный срок. Сам Борис Вольфман после закрытия клиники долгое время скрывался и с 2015 года находился в международном розыске по линии Интерпола по запросам сразу нескольких государств. Его многолетнее странствие завершилось осенью 2025 года, когда в результате совместной операции спецслужб он был задержан на территории Турции и депортирован в Россию, где сразу попал под арест.

В июле 2026 года в Басманном районном суде Москвы началось рассмотрение его уголовного дела по существу. Российские правоохранительные органы вменяют Вольфману торговлю людьми и умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее потерю органа. В деле фигурируют трое пострадавших граждан РФ, лишившиеся почек, а самому подсудимому грозит до 15 лет лишения свободы.

В ходе судебных заседаний Борис Вольфман категорически отказался признавать свою вину. Настаивая на своей невиновности, он и его адвокаты утверждают, что подсудимый действовал исключительно как легальный медицинский координатор. По версии защиты, Вольфман занимался лишь подготовкой документов для страховых компаний, доноры шли на операции добровольно и получали официальные компенсации от страховщиков, а никакого криминального умысла или принуждения в его действиях не было.