Депутат Верховного Совета Хакасии, лидер фракции КПРФ Валерий Старостин рассказал о депутатской деятельности и поделился мыслями о предстоящих выборах в Госдуму. Он выдвигался в российский парламент уже несколько раз, но если раньше делал это под флагом ЛДПР, то последние годы идет вместе с КПРФ. Ничего зазорного в смене партии не видит, потому что в жизни, а тем более в политике всякое бывает. Для Хакасии Старостин планируется добиться дешевой электроэнергии, а если осенью всё получится, обещает вступить в ряды коммунистов. Подробнее о том в какие игры не играет Валерий Старостин и что, на его взгляд, надо делать пока есть силы, в нашем интервью.

Валерий Николаевич, с чем связано решение попробовать свои силы в очередной раз? У вас это уже не первая попытка по одномандатному округу пройти в Госдуму от Хакасии?

Валерий Старостин: Знаете, я, наверное, скажу правду. Как некоторые кандидаты говорят, что уговаривали друзья, близкие, родственники. Меня, наоборот, отговаривают. Потому что они понимают, что это время, это финансы. Ну, а с другой стороны, мне 53 года, я уже депутат 4-го созыва Верховного Совета.

Я знаю эту работу, я знаю, что такое законы, я знаю, что такое депутат вообще, что он имеет право, что он может сделать. И в первую очередь, ну, хочу поменять реальную жизнь в стране. К лучшему. Чтобы каждый человек, в первую очередь мои близкие, друзья, знакомые, жители Хакасии, сказали, да, вот это достойный человек, который сделал в жизни что-то такое полезное и остался в истории.

Я искренне говорю. Пока есть силы, надо идти вперед.

Как вы думаете, насколько вообще есть возможность у депутата Госдумы влиять на принятие решений, влиять и на улучшение жизни, в том числе в Хакасии, конечно же?

Валерий Старостин: Надо понимать, что Госдума — это все-таки федеральный уровень. Это федеральные законы, это касается не только одной какой-то Хакасии, да, это касается вообще всей страны. И пока как бы мы сверху не начнем менять систему в стране, к сожалению, в одном отдельном субъекте, мы ничего не сделаем, к сожалению.

Конечно, можно там, если взять там отдельные субъекты, как Москва, да, которая как бы с деньгами вообще вопросов нет. Там еще какой-то округ, где тоже проблем нет с деньгами. Основная эта страна все живет так, как мы, как Хакасия. Ничего там такого глобального не меняется. Мы пытались, поблагодарю тоже Верховный Совет, этот прошлый созыв, когда инициативы, которые я выходил в Госдуму, поменять федеральные законы, меня Верховный Совет поддерживал.

Только Верховный Совет имеет право инициативы в Госдуму. И мы выходили, и нам давали объяснения, и какие-то нелепые какие-то отписки. Ну, не было человека, который бы реально за это родил, за эти законы выступал бы, доводил бы, убежал коллег. Это тоже можно делать. Это просто депутат, это не тот человек, который делит деньги или пилит деньги, или еще что-то.

Да, он может влиять, как на уровне республики, это формировать бюджет, внести какую-то поправку, отстоять ее, убедить. для какого-то субъекта, для какого-то проекта и так далее. А просто сказать, что давайте в Хакасе меня изберете, там будет жить лучше, нет, такого не бывает и не будет. Это вот можем вспомнить всех депутатов наших Госдумы, которые перед выборами обещали, что у нас будет город-сад.

Но не будет города-сада у нас, потому что страна ведь и так живет. И надо начинать, как есть такая пословица, да, сверху надо начинать, так скажем проще. Считаю, что надо что-то делать. Как говорят, под лежачий камень даже вода не бежит. Поэтому надо идти, двигаться и пробовать поменять жизнь к лучшему.

Вы будете выдвигаться от КПРФ. В то же время раньше вы были в ЛДПР, теперь в КПРФ. С чем это связано?

Валерий Старостин: Вы знаете, ЛДПР очень хорошая, большая школа, прям очень хорошая жизненная школа. Связано все на самом деле, все просто. Приехали, как сказать-то, тогда еще были партийцы, да, скажем так, герои Красноярска, привезли там своих людей и попытались как бы вот эти все выборы перестроить на какую-то коммерческую основу, грубо говоря.

И попросили меня, чтобы я возглавил этот список, кого-то тянул. Я говорю, нет, это нам вообще не по пути, я в такие игры не играю. И просто написал заявление о выходе из партии. Ну просто реально, у меня такие подводные камни, вот эти все теневые схемы. За что сейчас один из тех людей, который сюда приехал в Хакасию, отбывает срок. Мы все знаем, да?

Все, я вышел, все из партии. Понятно, там Владимир Вольфович преподнесли по-другому все. Ну, вот предатели и так далее, и так далее. Но это было уже после того, как я уже написал заявление. Поэтому никто меня не выгонял. Я сам вышел и считаю, что люди, к сожалению, разные. Я считаю, что КПРФ знает нашего губернатора уже не первый год, даже с тех выборов.

Знаю его порядочности, честно скажу, не кривя душой. И считаю, что очень хорошая команда и делают много на благо именно Хакасии.

Насколько вам комфортно в КПРФ в плане идеологии? Потому что вы же всю жизнь занимаетесь бизнесом. Но КПРФ, если смотреть в ее историю, эта партия немного про другое. Это все-таки партия про социализм, равноправие, про государственное участие в экономике в большей степени и так далее. Как это все взаимосвязано и как это сочетается?

Валерий Старостин: Я считаю, что сочетается это очень прекрасно. Живой пример это Китай, где это все прекрасно сочетается и бизнес, и государство. Я уверен, что вот те основные тезисы КПРФ, которые они говорят, допустим, ну, я думаю, вы тоже согласитесь, все государства значимые направления, они должны все-таки быть под государством.

Поэтому я считаю, что идеи хорошие, надо их воплощать в жизнь, идти в Госдуму и принимать такие законы, которые, наверное, сделают наш житель легче и проще, в том числе и для бизнеса. 

Вы сейчас не состоите в КПРФ. Пока нет. А есть мысли вступить? 

Я дал обещание, в случае избрания я войду в фракцию КПРФ, стану членом партии.

Избирательная кампания ожидается такая интересная, потому что много желающих. Понятно, сейчас еще нет зарегистрированных кандидатов, но желающих много. Желающих много. Может, кто-то уже буквально зарегистрировался в эти самые минуты, пока мы говорим. Но как вы думаете, какой будет борьба? И все-таки это же ресурсы, это огромные ресурсы.

Где брать деньги? Я больше скажу. Кто платит, тот и заказывает музыку. Правильно же? Поэтому кандидат, которому дадут деньги, он будет отбивать эти деньги и работать на тех людей, а не на нашу республику, к сожалению. Все должны это понимать. Просто так деньги с неба никто не дает ради «ты хороший парень, на, вот иди пробивайся, и потом принимай законы ради жителей».

Нет, такого не будет. Если проплатила какая-то корпорация, этот чувак будет работать только на нее. Проплатили какие-то люди, он будет работать только на них. Ну, это нормально, это как бы... Я иду собственными средствами, так скажу. Я ни от кого не завишу, ни от кого не просил, никуда не ходил.

Ну, партия, если поможет, но я честный человек, я буду работать на партию.

Зачем это вам? Потому что это большие деньги. Какой смысл их просто потратить, а вдруг не получится? 

Валерий Старостин: Вот мне супруга так же говорит. Вдруг не выйдет? Ну, я еще в начало нашего диалога вернусь, так как я считаю, что все-таки мне опыт позволяет. Допустим, за прошлый созыв было очень много принято законов за моим авторством, которые сейчас работают, за которые сейчас люди говорят спасибо, да, вот по экологии, вот эти федеральные программы.

Ну, очень много, действительно, более 100 законов. И я вижу реально, как они работают на уровне республики. И я хочу, чтобы все эти хорошие законы работали на уровне всей страны.

Вот вы говорите, что невозможно сделать из республики город сад, но какие, на ваш взгляд, болевые точки Хакасии, в которых нужно и можно уже сейчас разбираться, и что можно изменить без больших вливаний финансовых? Что можно делать уже сейчас, имея те ресурсы, которые есть у нас?

Валерий Старостин: Вопрос хороший. В прошлый раз мы выходили с инициативой по возврату акций Сано – Шушенской ГЭС. Вопрос на самом деле очень простой. Правительство вышло в суд, им просто оказали из-за прошествия сроков давности. Поправка просто была в федеральный закон, чтобы срок давности между сделками государственных структур его просто убрать.

Ну, нас завернули, сказали нарушение Конституции, ещё что-то такое. А последнее, допустим, время я вижу, когда прокуратура генеральная выходит с такими заявлениями в суды и выигрывает. Поэтому лёд тронулся в этом направлении. Я надеюсь, в ближайшее время, если не говорить о газификации и так далее, самый простой, наверное, выход у нас в республике – это дешевое электричество.

Имея такие мощности платить такие деньги за электричество, конечно, это не выход. Если будет дешевое электричество. Допустим, взять тот же самый горный Алтай, там нет печек, там все топится электричеством. Чистый, прекрасный воздух, белый снег зимой, прям приятно. Поэтому, я думаю, в маленькой республике это будет такой большой шаг и в плане экологии, и в плане развития бизнеса особенно, потому есть бизнесы, которые потребляют очень много электроэнергии. 

Вот в Иркутске, самая дешевая электроэнергия. Почему? Потому что правительство не отдало акции, а мы, к сожалению, тогда передали. Если мы вернем, мы будем участвовать в тарифах, и я думаю, это самый ближайший, самый короткий и самый реальный путь, чтобы сделать хоть что-то в нашей республике для развития.

У нас есть коллеги, которые никто никогда в жизни ничего не сделал, ничего не создал, ничем не поруководил, но зато они великие стратеги, и вот все учат Министерство экономики, Минфин, что вот вы там неправильно делаете. Но, как говорят критикуя предлагай, да?

Но, к сожалению, кроме критики мы ничего не слышим. Я это понимаю, когда наши коллеги при формировании бюджета начинают, давайте туда денег дадим, давайте туда. Ну, популистские заявления. Я говорю, согласен, давайте дадим, всем надо. Вы скажите, откуда убрать. Тогда все вопросы закрываются сразу же. Потому что все понимают, что бюджет, вырос, он очень сильно вырос.

Когда я пришел, было около 18-20 миллиардов, сейчас уже 50-70. Это реальный показатель. При том, что мы все понимаем, в каких условиях живет страна. Да, мы все прекрасно понимаем, в каких условиях угольщики у нас, которые были основные налогоплательщики. Однако все живем, зарплаты получают учителя. Сейчас вот отпускные всем выплатят.

Да, есть какие-то долги, но они были всю жизнь долги. Да, они гасятся, да, какие-то новые. Но жизнь-то идет, она же не останавливается, нет там задержек и так далее. Это большое достижение. Просто этого почему-то никто не замечает. Ну, никто не замечает Вот так в двух словах.

Есть такие моменты, где не надо быть стратегом на самом деле, вот допустим, с теми же самыми национальными проектами. Когда республика не может достроить объекты, и получается, что деньги есть, а результата нет, потому что, наверное, где-то недоглядели, где-то недосмотрели, где-то не с тем подрядчиком поработали. Надо, чтобы контроль был. Как вы считаете, в республике налажен этот контроль или нет? Но судя по тому, что стройки многие годами идут? 

Валерий Старостин: Давайте по другому вопрос поставим. Во сколько национальных проектов в последнее время вошла Хакасия? Было около 8-7, сейчас около 20 с лишним. Это, я считаю, тоже заслуга. А если смотреть глобально, я считаю, что строить должны строители. Строители должны строить, учителя должны учить, медики должны лечить.

Но что мешает, вот вы же сейчас состоите во фракции КПРФ, глава республики, лидер КПРФ. Ну так что мешает ему в таком ракурсе построить работу?

Валерий Старостин: Он же может в своем регионе, которым он руководит... Есть такие федеральные законы, к сожалению, где объявляются торги, и заказчиком выступает тот объект, где строят, к сожалению. А на торгах, если не понравился вам человек, или у него какая-то плохая история, он пойдет в суд и вас еще засудит. Вот и все. Все просто.

Я с этим тоже сталкиваюсь. Когда торги выигрывает фирма, у которой просто ручка, блокнот и компьютер. Все. К сожалению, так. Да, потом заказчик понимает, что нарвался не на того. Понимает, что нарвался на мошенника. А дальше-то что? Это тоже срок. Это тоже полгода судов.

Вот и все. К сожалению, это так. Это федеральный закон. Никто его не хочет нарушать. 

На местном уровне нельзя ничего поменять в этом плане? Ну почему?

Валерий Старостин: Меняют, работают, смотрят заказчики, пытаются с ними расторгнуть и так далее, если попадаются мошенники. Но это опять время. Боград, что далеко ходить-то, который прозвучал. Кто там виноват? Коновалов в этом, что ли, виноват?

Или я, или вы? Кто виноват? Всё провели по торгам. Ну вот такой подрядчик, непорядочный человек. И, к сожалению, очень много... Пока в деле человека не посмотришь, не поймешь, кто он. Правильно же? Поэтому, я считаю, надо всех, во-первых, судить по поступкам, не по словам, в том числе даже и на выборах. Если ты реально что-то можешь сделать, посмотрите историю, сделал ты вообще что-то в своей жизни или нет.

Я считаю, что федеральный закон по закупкам — это просто очень устаревший закон, который давно надо менять.

Что касается финансовой ситуации в республике, вы говорили о том, что надо как-то попытаться сделать, чтобы электроэнергия стала дешевле. Но что можно ещё сделать, чтобы доходы бюджета в Хакасии росли? Говорится много о диверсификации экономики, о том, чтобы переориентироваться от угля к производству чего-то реального. Вы как бизнесмен, как думаете, насколько это реально?

Валерий Старостин: Вы должны понимать, во-первых, любой бизнес, он ищет для себя какие-то преференции. Либо в арендах, либо в налогах, либо в электроэнергии, либо еще в чем-то. Во-вторых, логистика. Мы тоже должны понимать, мы живем как бы в маленьком, не очень логистическом месте. Да, у нас есть преимущества, у нас есть много электроэнергии, у нас есть какие-то еще производства.

Бизнес, он же такой, он как бы всегда держит руку на пульсе. Если где-то какое-то послабление, он сам туда придет, его даже звать не надо туда. Ну, вот как бы так. Я считаю, что все-таки у нас на сегодняшний ден бюджет республики все равно увеличивается собственными доходами.

Это хорошая такая тенденция. Раньше практически собственные доходы, ну, в одной цифре плавали и плавали. Сейчас они растут, и это уже хорошо, это хороший показатель. Ну, знаете, как бы, как сказать, с одной стороны, вроде бы, все и хорошо, но с другой стороны, опять же, наши федеральные законы. Попали все под НДС практически мелкий и средний бизнес весь, а это увеличение налогов очень приличное.

Мы понимаем, что идёт специальная военная операция, мы тоже это все понимаем. Она рано или поздно кончится, я думаю, бизнес воспрянет, начнет развиваться дальше. В том числе в Хакасии.

Как вы расцениваете такой момент, что главу Хакасии, лидера КПРФ регионального отделения поставили вторым в федеральным списке КПРФ? 

Валерий Старостин: Я считаю, что правильный ход. Потому что тем самым, показывают, что в КПРФ не только люди престарелого возраста, но есть хорошие молодые политики, которые себя заявили, показали, на деле показали, а не просто там языком потрепали, кого-то покритиковали и все. А на деле показали, что могут работать, знают землю, знают субъекты, знают, как идти дальше и что делать.

Но много критики звучит в любом случае в адрес Валентина Коновалова? 

Валерий Старостин: Ну, как сказать, если ты ничего не делаешь, тебя и не ругают. Поэтому всегда такое было в жизни, когда ты реально какой-то амеба, да, у тебя ни врагов, ни друзей, по большому счету. Если ты что-то делаешь, у тебя будут всегда единомышленники рядом, которые с тобой пойдут до конца. Ну, естественно, будут люди, которые завидуют, ещё что-то, еще что-то, и которые будут критиковать.

А критику можно сделать вообще из ничего. Но если ты профессионал в каком-то направлении, ты в этом и критикуй, тогда к тебе прислушаются. А если ты вообще этого не знаешь и критикуешь, зачем? Смешно просто выглядит. Вот и всё.

А как думаете? Если получится так, что Валентина Олеговича заберут в Москву?

Валерий Старостин: Он давал уже интервью, сказал, что останется до конца срока в Хакасии, поэтому я надеюсь, ну, пока его слова с делом не расходились.

Кандидатов на выборах, вероятно, будет много. И все будут, конечно же, говорить, что надо сделать Хакасию лучше, надо, чтобы людям было проще и так далее. Что Валерий Старостин может предложить такого, чтобы отличалось от всех других, прорывную идею? В прошлый раз у вас была идея вернуть акции Саяно-Шушенской ГЭС.

Валерий Старостин: Я думаю, эту идею не надо откладывать, с ней надо дальше идти, потому что, я еще раз повторюсь, это самый реальный шаг и экологию, и бизнес весь поднять в Хакасии. Это самый реальный, самый быстрый шаг. Если это сделать, это просто в течение полугода мы все это увидим. 

А как сделать? Закон же приняли такой, что теперь уже итоги приватизации, они зацементированы, так скажем.

Валерий Старостин: Нет, нет. Суть в том, что внесена была поправка, что не отменить всю приватизацию, а отменить приватизацию тех государственных активов, которые были переданы между государственными органами.

Насколько велик шанс — это сделать? И почему не получилось за последние годы? Сейчас бы вы пришли, сказали, вот смотрите, Старостин вернул акции Саяно-Шушенской ГЭС. Вам бы сказали спасибо, молодец!  

Валерий Старостин: Знаете, я так, наверное, отвечу. В прошлом созыве я неоднократно выходил с инициативой, чтобы наши депутаты и Госдумы, и сенаторы хотя бы раз в год, хотя бы перед депутатами отчитывали за свою работу. Ну, хотя бы один раз в год. Ну, приедете, расскажите, что вы за год сделали.

Мы с Верховного Совета выходим с инициативой, а депутата Госдумы нет от Хакасии, он где-то в стороне, непонятно, что делает. А я думаю, если человек бы взялся, сказал, вот мой субъект, я оттуда избран, и прошел по всем комитетам, объяснил, в чем дело, получил заключение и внес совместно с субъектом, я думаю, по-другому бы рассматривали.

Вы давно в политике, но всю жизнь живете в Хакасии. За 35 лет новейшей истории Хакасии, как она стала республикой, у нее было несколько депутатов Государственной Думы. Если оценивать их работу, вы кому бы дали наивысший балл? 

Валерий Старостин: Я думаю, Виктор Михайлович самый активный был депутат. Максимова, она была представитель комитета по бюджету, тоже как-то сильно мы не ощутили на самом деле. Последний, крайний, представитель, возглавляет комитет по энергетике. Ну, тоже как-то Хакасия ничего не ощутила. А это прямо должности, такие значимые должности, которые реально могли для субъекта что-то сделать. Ну, это, знаете, мы как бы, мы избираем людей, которые приехали, выбрались и уехали, и забыли.

А когда ты здесь живешь, ты приезжаешь сюда, видишь людей, друзей, и если ты будешь еще отчитываться хотя бы раз в год за свою работу, тогда, может, ты по-другому к этому будешь относиться, и понимаешь, что ты вернешься обратно в Хакасию.

Ну, то есть, когда местный депутат, на ваш взгляд, это все-таки лучше, потому что можно увидеть людей, тебе в глаза могут сказать, вы что там делаете?

Валерий Старостин: Конечно. Это, во-первых. А во-вторых, когда у тебя есть опыт этой работы, понимаешь, что такое депутатское движение, что такое закон, и как его вносить, и как он должен работать. Но это вообще все по-другому. На выборах, понятно, все говорят, мы такие хорошие, добрые, нежные, все сделаем. Но на самом деле, я вот честно скажу, это, во-первых, коллективная работа, потому что мы понимаем, Госдума — это федеральный орган.

И мыслить там надо уже на уровне федерации, на уровне всей страны. Я вот считаю, что допустим, систему образования передали на уровень субъектов, медицину передали на уровень субъектов. Ну, это такие значимые, моменты для страны, которые все-таки государство должно непосредственно контролировать. 

И, к сожалению, у нас что получается... Богатые субъекты могут платить больше. Врачи едут туда. Другой субъект опять льготы ввел, они бегут туда. Но это неправильно. Я считаю, что врачи и медики должны получать хорошие зарплаты по всей стране. Да, там есть особые условия, север, да, там еще больше должны получать.

Ну а так, в чем разница, вот Красноярск, Минусинск, и Абакан? Плюс-минус одинаково. Поэтому это тоже федеральное такое направление, федеральное, глобальное изменение, где государство должно участвовать, это полномочия Государственной Думы.

Сейчас очень большие дискуссии идут в целом по стране по поводу того, каким курсом должна развиваться экономика России, в каком направлении двигаться. Больше либерализма, так скажем, или наоборот, больше государственного участия, либо симбиоз. Вы как думаете, что надо делать, чтобы экономика России вышла на новый уровень?

Валерий Старостин: Я думаю, не надо изобретать велосипед, надо посмотреть на наших соседей, которые за 30-40 лет выбились в первые экономики мира. Буквально, если так не обидеть, чтобы страна была очень бедная. Все работали у нас на стройках, зарабатывали копейки. А сейчас это самая путешествующая нация вообще в мире. И самая первая экономика в мире. Вот рядом, модель, которая работает. Все.

Вы так же думали в 1991 году, допустим? Тогда же были совсем другие идеи. Тогда говорили, что плановая экономика, советский строй, все негодно, все ни к чему, зачем нам эти предприятия? Да вот сейчас рынок все порешает. Изменилось понимание?

Валерий Старостин: Я понял, что в 1991 году это была первая оранжевая революция, которая прошла у нас в России. Я служил в Москве. В специальных частях. Я там был возле Белого дома. Там каждые выходные были митинги, шествия, которым где-то не санкционированные разгоняли, а санкционированные охраняли.

Там было всё организовано, вплоть до бутербродов, кофе, сигарет, газет. Все было организовано. Для этого приходили люди, и вот эта масса, которая возглавлялась, я не знаю, какими силами, и перевернула строй. Вот и все.

А вы бы готовы были жить в том строе, который был? 

Валерий Старостин: Я призывался в Советском Союзе, присягу принимал. Меня устраивала жизнь, я знал примерно куда пойду, когда закончу техникум, институт, куда буду работать, что у меня будет квартира. Конечно, со временем я убежден, все равно бы строй потихоньку менялся, к рыночному, поэтому я вспоминаю только с добром, честно скажу.

Последний вопрос на сегодняшний день. Будь у вас возможность вернуться в один день из своей жизни и заново его прожить, ничего не менять в нем, а просто заново прожить, испытать те же чувства, эмоции, ощущения, в какой из дней вы бы вернулись? 

Валерий Старостин: Знаете, наверное, это 92-й год, концерт Патриции Касс на Красной площади. Первый концерт на Красной площади Патриции Касс. Мы стояли возле сцены, охраняли, впечатлений, конечно, было массово. Ну, как бы, наверное, один из дней таких ярких в жизни.

Спасибо вам за откровенные ответы на наши вопросы. Желаем успехов!