Следующая неделя для России пройдет в логике внешнеполитического маневра и внутренних экономических решений. В Казани Москва будет укреплять связи с АСЕАН, тогда как на саммите G7 без участия России западные страны вновь попробуют согласовать общий подход к санкциям. Внутри страны главным событием станет заседание Банка России по ключевой ставке: бизнес ждет более дешевых денег, но ЦБ по-прежнему будет выбирать между поддержкой экономики и борьбой с инфляционными рисками. О контурах событий будущего – в рубрике «ФедералПресс» «Смыслы недели».

Россия разворачивается к Юго-Восточной Азии

На следующей неделе Казань станет одной из ключевых внешнеполитических площадок для Москвы: с 17 по 19 июня там пройдет саммит Россия – АСЕАН, участие Владимира Путина уже подтвердил Дмитрий Песков. В Кремле ожидают «марафон» двусторонних встреч президента, а сам форум приурочен к 35-летию отношений России с Ассоциацией государств Юго-Восточной Азии.

Для России этот саммит важен как продолжение курса на укрепление связей с незападными центрами роста. На фоне санкций, торговых войн и перестройки мировой логистики страны Юго-Восточной Азии становятся для Москвы не только дипломатическими партнерами, но и рынками для торговли, технологий, энергетики и продовольственной безопасности.

«Юго-Восточная Азия всегда была интересна России. Если мы посмотрим на историю: когда ушла советская идеология, в период СССР были связи с одними странами и проблемы с другими. Например, поддерживали Кампучию (нынешнюю Камбоджу), а в 90-е годы осложнялись отношения с Таиландом. Сейчас этого нет – отношения стали сугубо прагматичными.

Страны региона интересуются и военными, и гражданскими контрактами. Это разные государства, которые, как сейчас часто говорят, проводят многовекторную политику. Например, Индонезия недавно вступила в БРИКС, а Филиппины при нынешнем президенте Фердинанде Маркосе-младшем (сыне президента, который правил в 70–80-е годы), наоборот, сблизились с Соединенными Штатами.

При этом все имеют в виду и наличие российского вектора. Если брать политический контекст, то для этих стран Россия выступает в качестве одного из уравновешивающих факторов: в регионе присутствуют интересы США, есть сложные и неоднозначные отношения с Китаем – где-то партнерские, а где-то проблемные. Российский вектор на этом фоне помогает поддерживать баланс.

Что касается России, то для нас участие в саммите АСЕАН – это демонстрация того, что мы не находимся в изоляции. У нас сейчас практически отсутствуют отношения с западными странами, сложный диалог с Соединенными Штатами, который не опирается на экономику, а сводится лишь к консультациям. С Европой консультаций нет вовсе: много говорят, но пока ничего реального не происходит.

На этом фоне наши прагматичные отношения со странами АСЕАН – это важный сигнал: Россия не изолирована, у нее есть партнеры, которые готовы спокойно и конструктивно с ней взаимодействовать», – рассуждает политолог, заместитель директора «Центра политических технологий» Алексей Макаркин.

G7 обсудит Россию без России

Во Франции пройдет саммит G7: встреча лидеров «Большой семерки» запланирована на 15–17 июня в Эвиан-ле-Бене. Одной из центральных тем станет российский вопрос – прежде всего через украинский трек, санкционное давление и попытки Запада удержать единую линию поддержки Киева. По данным Reuters, Украина и ближневосточный кризис будут среди ключевых сюжетов саммита, а европейские участники рассчитывают подтолкнуть США к более жесткой позиции по украинскому урегулированию.

Для России эта встреча важна как индикатор того, насколько устойчивым остается западный консенсус. Ранее министры финансов G7 уже заявляли о намерении сохранять давление на Москву и поддержку Украины, однако внутри «семерки» сохраняются разногласия – от санкционной политики до подходов Дональда Трампа к переговорам.

«G7 в настоящий момент является группой стран, которые поставили в качестве приоритетной задачи победу на поле боя над Россией. Естественно, внутри блока существуют разные скорости: кто-то прямо готовится к войне с Россией (например, страны Европейского союза), кто-то стремится высказываться в стиле «мы за мир и против нарушителей», а кто-то говорит о необходимости остановить конфликт и прекратить финансирование всех сторон, но при этом все равно поддерживает одну из них. В любом случае, для этих стран консенсусом является поддержание статуса-кво в мире, господство западного клуба и победа над Россией – преимущественно на поле боя.

Поэтому ключевой вопрос саммита: вокруг какой группы идей сформируется консенсус? Поставят ли они во главу угла необходимость продолжать траекторию конфронтации с Россией, либо сочтут риски избыточными и пойдут по пути минимизации конфликта, восстановления отношений и втягивания России в свой клуб?

На данный момент приоритет непонятен, потому что движение есть по всем направлениям. Пока на публичном, поверхностном уровне преобладает траектория конфликта, однако возможны разные сценарии. В любом случае, для России это объединение является преимущественно враждебным.

Второй аспект – как G7 ведет себя по отношению ко всему остальному миру. Здесь во многом воспроизводится ситуация с Россией: они стремятся сохранить свое доминирующее положение в мировой политико-экономической системе и поддержать дихотомию «Запад – не-Запад». Однако сделать это буквально невозможно, потому что существует ряд факторов, которые уже нарушили эту картину мира.

Во-первых, это экономическое доминирование Китая, который фактически в одиночку едва ли не превышает возможности всего западного мира. Во-вторых, конфликт в Иране, где, несмотря на достаточно скудные ресурсы, Тегеран оказывается способен дестабилизировать транспортные пути через Красное море, отрезать нефтеносные регионы Персидского залива от мировых рынков и дестабилизировать крупные страны региона – ОАЭ, Саудовскую Аравию, Израиль – своими ракетными ударами. В-третьих, конфликт с Россией, который, пусть и не сильно дестабилизирует Запад напрямую, но сохраняет ситуацию напряженности.

Все это создает условия, при которых западный мир не в состоянии сохранить свое доминирование в прежнем виде, и ему остается только адаптироваться к новой реальности. Какая группа решений будет принята – мы увидим только на саммите, потому что баланс зависит от большого количества игроков и конкретных договоренностей.

Но общая ситуация такова: для России этот саммит может обернуться либо супер-враждебным, либо минимально враждебным сценарием. Ничего другого он для России и для мира в целом не означает», – считает политолог Владимир Киреев.

ЦБ будет решать вопрос ставки

Банк России готовится принять одно из самых ожидаемых экономических решений месяца: 19 июня регулятор определит уровень ключевой ставки. После апрельского снижения до 14,5 % рынок ждет продолжения смягчения, однако для Эльвиры Набиуллиной это решение становится все менее техническим и все более политико-экономическим: ЦБ по-прежнему смотрит на инфляционные риски, а бизнес требует более дешевых денег.

Накануне глава РСПП Александр Шохин на совещании у Владимира Путина фактически озвучил позицию крупного бизнеса: предприниматели рассчитывают на более быстрое снижение ставки и надеются увидеть ее ниже 10 % к концу года. Для компаний вопрос уже не только в стоимости кредитов, но и в риске затяжной инвестиционной паузы. Поэтому заседание ЦБ станет проверкой того, готов ли регулятор ускорить разворот денежно-кредитной политики или продолжит снижать ставку осторожными шагами.

«Как показывает практика последних лет – я бы сказал, даже десятилетия – никто не может оказать давление на Центральный банк. Даже наш президент, и это очевидный, неоспоримый факт. Центральный банк, устанавливая ключевую ставку, руководствуется исключительно собственными представлениями и пониманием экономической ситуации.

То, что говорил президент, я думаю, он произносил не с точки зрения оказания давления, а как констатацию факта, который стал ему доступен в том числе благодаря информации от Центробанка.

Ситуация, которая сегодня складывается в экономике, действительно дает основания предполагать, что на ближайших заседаниях совета директоров ставка будет снижаться – для этого есть все предпосылки. Но подчеркну: не потому, что кто-то пытается оказать давление на Банк России. Центробанк за эти годы доказал, что не поддается никакому давлению, даже со стороны исключительно авторитетных людей, а принимает решения на основе собственной оценки ситуации.

Насколько может быть снижение? Я не исключаю, что это может быть даже один процентный пункт. Однако, судя по тому, как действовал Центробанк в предыдущие периоды, он работает весьма осторожно и мягко.

Сейчас мы видим стабильную ситуацию с курсом рубля: он достаточно укреплен и не ослабевает, хотя, на мой взгляд, даже переукреплен. Общая ситуация в экономике, которую обсуждали на недавнем совещании и на Петербургском экономическом форуме, позволяет рассчитывать на смягчение политики.

Мне кажется, что могут снизить ставку на один процентный пункт. Но, еще раз повторяю, я не удивлюсь, если это будет традиционно полпроцентных пункта», – прогнозирует финансист, профессор, доктор экономических наук Юрий Твердохлеб.