«Лента.ру» начинает цикл публикаций, посвященных самым известным ворам в законе — генералам преступного мира. Появившись в начале XX века, они быстро оказались во главе всей преступности СССР, а затем и России. Воры в законе не похожи на других криминальных авторитетов из-за своей идеологии, обрядов и принципов. Их мир надежно скрыт от посторонних глаз, а сами они редко попадают в криминальные сводки, при этом управляя всем, что творится в преступной среде не только на постсоветском пространстве, но и далеко за его пределами. Именно поэтому воры в законе давно стали целями номер один для правоохранительных органов, которые десятилетиями ведут с ними ожесточенную борьбу…

Предупреждение: «Лента.ру» не пропагандирует и не поддерживает движение «Арестантский уклад един» (АУЕ), которое признано в России экстремистским и запрещено.

Каста воров в законе появилась в начале XX века

Считается, что первые воры в законе появились в 20-30-х годах XX века — по одной из версий, это могли быть бывшие белогвардейцы, которые остались не у дел после гражданской войны. Тех из них, кто попадал за решетку, называли жиганами: в отличие от обычных заключенных, у них были свои правила, которые они активно внедряли в арестантский быт.

Со временем жиганам удалось стать в местах лишения свободы настоящими «серыми кардиналами», которые настраивали арестантов против советской власти. Впрочем, есть и альтернативная версия, согласно которой, касту воров в законе создали сами правоохранительные органы.

Все дело в том, что НКВД требовался контроль над заключенными, число которых сильно возросло в сталинские времена — и они стали внедрять в среду арестантов своих людей, будущих воров в законе. Впрочем, эта версия весьма спорная: одним из главных воровских правил является полный запрет на сотрудничество с властью.

Фото: РИА Новости

После войны по зонам прокатились тюремные войны

К началу Великой Отечественной войны в СССР насчитывалось уже около 3,5 тысячи воров в законе. Некоторые из них пошли на фронт, нарушив правило о запрете на сотрудничество с властью. Когда в послевоенные годы они вновь оказывались в местах лишения свободы, то вступали в ожесточенные конфликты с теми ворами, которые отказывались воевать.

Лагерная администрация, как правило, занимала сторону первых, стремясь положить конец воровской идеологии. В итоге воры-фронтовики целыми отрядами устраивали рейды против своих противников — так называемые «трюмиловки». Одним из самых известных таких отрядов стала бригада вора Васьки Пивоварова.

Фото: РИА Новости

Он успел повоевать в штрафбате, а затем стал «своим человеком» у НКВД. Не стесняясь в методах, участники рейдов либо физически уничтожали воров в законе, либо заставляли их переходить на свою сторону. В итоге к середине 1950-х годов «старых» воров по большей части перебили, а те, кто уцелел, предпочли затаиться.

Однако уже в 1960-е годы, на фоне ужесточения режима в местах лишения свободы, воры в законе постепенно стали возвращать свое былое влияние, став главными поставщиками для арестантов дефицитных товаров, в том числе чая и сигарет.

В 1970-е годы воры в законе изменили свои правила

Уже к концу 1960-х годов стало понятно, что жесткие правила, принятые в среде воров в законе, мешают им эффективно приспосабливаться к изменчивым реалиям окружающего мира. Назрела необходимость «реформы», идейным вдохновителем которой выступил вор в законе Анатолий Черкасов, известный в преступном мире, как Черкас.

На сходке, которая в начале 1970-х годов прошла в Киеве, он предложил ряд важных изменений. Во-первых, вору в законе больше не нужно было всю жизнь проводить за решеткой — отныне он мог вести дела на зоне через смотрящих и положенцев. Во-вторых, было решено создать общак — воровской денежный фонд.

Вор в законе Анатолий Черкасов (Черкас)

Фото; Прайм Крайм

Средства туда в основном поступали от подпольных предпринимателей — цеховиков, которых воры в законе обложили данью. Вначале ее размер не был фиксированным, но в 1979 году на сходке в Кисловодске для цеховиков ввели единый тариф — 10 процентов от дохода.

Однако, пожалуй, самым важным нововведением стала возможность пусть и формального, но взаимодействия с властями: отныне воры в законе при необходимости могли подписываться под обещаниями завязать с криминалом — и это не считалось предательством (на деле завязывать, конечно, они не собирались).

А еще им дали право подкупать чиновников и сотрудников правоохранительных органов для прикрытия своей преступной деятельности

При этом некоторые из воровских правил на тот момент остались неизменными: запрет на официальную работу, постоянное место жительства и создание семьи.

Однако уже в лихие 1990-е и от них постепенно стали отходить: воры начали жениться, вести бизнес и создавать собственные группировки. Ярким примером этого был Евгений Васин (Джем), который создал крупнейшее на Дальнем Востоке организованное преступное сообщество (ОПС) «Общак».

Члены ОПС «Общак». В центре внизу — вор в законе Евгений Васин (Джем)

Фото: Прайм Край

Воров-отступников ждут жестокие расправы

Между тем некоторые запреты в среде воров в законе сохранились и до наших дней: так, они не могут красть у своих, оскорблять «коллег» или драться между собой. Просто так мстить равному по статусу тоже запрещено: виновный в проступке должен быть предан суду воровской сходки.

Наказания могут быть разными: от пощечины (публичного унижения) до лишения титула и даже жизни. Строже всего в воровском мире караются стукачество, предательство и лишение жизни одного из своих. Порой расправу маскируют под суицид, но иногда ей предшествуют жестокие пытки.

В воровском мире действует запрет на новые коронации

Раньше для получения воровского титула от кандидата требовалось несколько раз побывать за решеткой, но позже от этого правила отошли. Зато по-прежнему требуются рекомендации от других воров в законе, которые пребывают в этом статусе как минимум пять лет.

Этим и воспользовались некоторые особо предприимчивые воры, которые в какой-то момент стали попросту торговать воровскими титулами. Их покупателей в преступном мире презрительно окрестили «апельсинами».

Причем отказаться от титула его обладатель может лишь по двум причинам: из-за тяжелой болезни или в силу глубокой старости

Вором в законе может стать только мужчина, но так было не всегда: в первой половине XX века в СССР насчитывалось около 500 обладательниц воровских титулов, но эта каста полностью исчезла к 1956 году. Сегодня женщина не может стать воровкой в законе: по правилам преступного мира, вор не должен иметь сексуальных контактов с мужчинами.

Между тем, как ранее отмечала в беседе с «Лентой.ру» главный редактор информационного агентства (ИА) «Прайм Крайм» Лиля Харина, появления «свежей крови» среди воров в законе в 2026 году ожидать не стоит: в их среде по-прежнему действует мораторий на новые коронации.

Этот запрет был введен лидером преступного мира России Захарием Калашовым (Шакро Молодым) более десяти лет назад.

По логике Шакро, пока среди воров есть конфликты и они разрознены, новые коронации невозможны. К слову, раньше коронации приурочивали именно к разрешению конфликтов. Но нынешним конфликтам мирные развязки, судя по всему, пока не грозят, а значит, и полку воров не прибудет

Лиля Харинаглавный редактор ИА «Прайм Крайм»

В России годами ведут борьбу с ворами в законе

По примерным подсчетам, по состоянию на конец 2025 года в России и других странах мира насчитывается примерно 400 воров в законе, около 100 из которых находятся в местах лишения свободы. При этом российские правоохранительные органы годами ведут борьбу против обладателей воровских титулов.

Семь лет назад, в 2019 году, в УК РФ появилась «антиворовская» статья 210.1 («Занятие высшего положения в преступной иерархии»), согласно которой за одно лишь обладание воровским титулом грозит до 15 лет лишения свободы со штрафом до 5 миллионов рублей.

Фото: Вадим Брайдов / Коммерсантъ

По словам Лили Хариной, в минувшем году по статье 210.1 УК РФ осудили 10 воров в законе — последним по времени стал 59-летний Рашид Хачатрян (Рашид Джамбульский). Шесть из осужденных — россияне, причем далеко не рядовые фигуры: Юрий Пичугин (Пичуга), Сергей Браженский (Рамс), Владимир Жураковский (Пухлый), Андрей Вознесенский (Хобот), Степан Фурман (Степа Мурманский) и Игорь Кокунов (Вася Бандит).

На очереди в судах дела еще шести воров, пять из которых — жители регионов: Подмосковья, Кабардино-Балкарии, Курской, Тверской и Оренбургской областей. Воров, которых можно привлечь к ответственности по статье 210.1 УК РФ, хватит еще надолго.

В некоторых российских регионах они пока живут легально — часть из них точно попадет под будущие посадки. Кроме того, ожидается экстрадиция ряда воров из-за рубежа и «раскрутка» тех, кто уже отбывает наказание по другим составам преступлений

Лиля Харинаглавный редактор ИА «Прайм Крайм»

***

Единственные воры в законе, которые сегодня в России могут чувствовать себя относительно безопасно, — так называемые системные, которых спецслужбы используют в своих целях. По словам Лили Хариной, эта «горстка людей» нужна лишь для поддержания порядка внутри самого воровского сообщества.

Это изначальная функция воров в законе, и они, несмотря на общую деградацию, ее успешно выполняют

Лиля Харина главный редактор ИА «Прайм Крайм»