Интересные всё-таки у нас чиновники в республиканском правительстве. Заместитель министра экономического развития Александр Мяхар в своём телеграм-канале вновь обращает внимание на угольный кризис в Хакасии, ссылаясь на угольную аналитику: «Якутия новый дивный мир», «Хакасия один из беднейших регионов Сибири», «Кузбасс-контролируемое сжатие.» 

«Полноценный бюджетный кризис накрывает Хакасию — один из беднейших регионов Сибири, который в прошлом году столкнулся с резким падением налоговых сборов от угольной отрасли и свел бюджет с дефицитом около 5 млрд руб.
По данным правительства Хакасии, налоговые поступления от ключевой для региона угольной отрасли за первые девять месяцев прошлого года обвалились на 20,5% (до 1,338 млрд руб.), а по сравнению с 2022 г. сократились более чем в 7 раз» -, пишут в Тг-канале НА-ГОРА. 

С приведенными цифрами не поспоришь, но отдельно интересным выглядит вывод, который делает в конце своего поста заместитель министра экономического развития. Он хитро дополняет понятие «контролируемое сжатие» на Кузбассе тем, что «регион рассчитывает на активную господдержку». И в этом и есть ключевое отставание Хакасии. Мол нет у нас «своего Цивилёва», а депутат Госдумы и сенаторы не проявляют рвения в угольном вопросе. 

Логика замминистра понятна – надо отвести удар от экономического блока республиканского правительства. Корпоративная этика и защита работодателя. Но, как нам видится, ключевое слово при оценке разницы работы сибирских регионов это «контролируемое». Контроль — это показатель эффективности действия властей внутри региона.

При чем здесь депутат Госдумы и сенаторы? О каком лобби может идти речь, когда правильнее выстраивать работу снизу. В части угольного кризиса в первую очередь должны работать и проявлять рвение министр эконом развития Роман Ковтун, зам главы по экономическому блоку Михаила Побызаков и даже не один зам главы, а целых два, потому как Юлия Исмагилова не раз замечена на совещаниях по углю. Целых два зама главы региона и министр, а виноват депутат Госдумы?

Кстати, с идеей разделения и создания Министерства промышленности, которое будет профильно решать вопросы развития редкоземельных металлов, золота и угольщиков, Мяхар выступает уже не в первый раз. Возможно у него есть в этом свой интерес, но идея сама по себе имеет право на жизнь, потому что продиктована здравым смыслом развития РХ. В соседнем Кузбассе, например, помимо Минэка есть и Минпром и даже Министерство угольной промышленности. Кстати, именно сейчас Кузбасс готовит соглашение о гарантированном вывозе 60 млн тонн угля. Хакасии даже половины от этого хватит, чтобы жить припеваючи.

Вспомним ещё заседание совмещенных экспертных советов по предпринимательству и промышленности в Верховном Совете (декабрь 2025 года). Когда возник вопрос о Минпроме, эксперт Андрей Тенишев указал, что прежде, чем думать о создании нового ведомства надо увеличить эффективность действующего – Минэка. Речь тогда Тенишев вел преимущественно о госзакупках, но, если продолжить мысль – даже структура Минэка вызывает вопросы. К примеру, что мешает в Минэке сделать департамент развития угольной промышленности если от одной этой отрасли существенно зависит бюджет Хакасии? Нет такого департамента, зато есть департамент с отделами внутри по развитию туризма. 

Больше того, есть еще и официальный подвед Минэка ТИЦ, со своим опять же штатом и финансированием. Туризм, это конечно хорошо, если бы он приносил ощутимые доходы. А пока этого нет в Хакасии финансовые трудности, которые вылились в задержку зарплат бюджетникам. При докладе министра экономики Романа Ковтуна на публичных слушаниях по бюджет озвучил цифру, отражающую эффективность туризма – ожидаемый оборот по году в этой сфере в Хакасии в 2,5 млрд. Какой от этого бюджетный эффект для республики? 

Согласитесь, что надо смотреть на вещи реально. Было бы странно, если в Сочи вместо строительства гостиниц, вдруг решили создавать промышленные предприятия. Как минимум бы покрутили пальцем у виска. А в удаленной от центра Хакасии годами твердят про туризм, и ничего. Вроде так и должно быть. Никто не отрицает, что есть у республики туристический потенциал, но сможет Хакасия жить за счёт этого. Вряд ли.

Предположим, что налог в сфере туризма по упрощенке 4%, так как там в основном работают МСП, и что получается 100 млн доход казны за год? Для сравнения, по угольной промышленности есть статистика, что за 9 месяцев 2025 года налоги составили 1,3 млрд что по сравнению с 2022 г. меньше в 7 раз. Вот вам и наглядная разница между туризмом и углем. Да и что такое 100 млн?

Думается, что половина из этого уходит на обеспечение работы Департамента по развитию туризма Минэка и ТИЦа. Можем ошибаться, поэтому готовы опубликовать официальные цифры, которые предоставит Минэк в части обслуживания самого себя. И даже при этом, в том же туризме, наше правительство умудряется пропускать государственные программы развития, то есть ту самую господдержку. 

Досье: Хакасия не попала в проект АСИ по туризму. Наш Минэк работает или цифры рисует?

Порядок и контроль надо наводить внутри региона, а правительству правильно выстраивать приоритеты в работе. При всей свое туристической привлекательности Хакасия далеко не Сочи. Мы регион сырьевой, промышленный и сельскохозяйственный. Так может именно на это надо делать ставку, эти отрасли контролировать и развивать. Возможно, тогда и деньги в республиканском кошельке появятся, и не будут говорить о Хакасии, как о беднейшем регионе. 

Александр Преображенский