Однажды ВалеNтин Олегович™ сидел дома у окошка и пил горькую.

Горькая была сладкой. Это был его любимый яблочной сидр.

Под окном ВалеNтина Олеговича™ стояли учителя в хламидах и заунывно пели свой «Школьный вальс».

«Когда уйдем со школьного двора, 

Расчётки грустно в сумочки пихая.

Директор нас проводит до угла,

И вновь назад, и вновь ему с утра:

Встречать, вздыхать и мило улыбаться.

За что зарплату срезали вы нам?»

ВалеNтин Олегович™ сделал большой глоток сидра из большой хрустальной кружки. Глоток с шумом провалился внутрь ВалеNтина Олеговича™, оставив после себя приятное послевкусие во рту. Прочувствовав его сполна, ВалеNтин Олегович™ встал, подошел к телефонному аппарату, который вчера торжественно принесла из антикварного магазина его супружница, и набрал заветные цифры, вызывая на связь Юлию из Исмаила.

Юлия ответила ему не сразу, так как была занята разучиванием очередного стиха, очередного, только что открытого ею для себя, поэта. Она стояла перед зеркалом, выбирая подходящую мимику для прочтения этого произведения. В конце концов, не выдержав занудной цифровой трели, её пальчик всё-таки скользнул по матовой поверхности ненашенского айфона.

– Алло, Юлия из Исмагила у аппарата, – томно произнесла она в черный экран – ВалеNтин Олегович™ не любил видеосвязь.

– Слушай, красавица, а ты не знаешь, чего это у меня под окном сегодня учителя грустными соловьями с утра распевают? – спросил ВалеNтин Олегович™.

– Наверное, к выпускному готовятся, репетируют, – предположила Юлия из Исмагила.

– Да так-то рановато вроде ещё.

– Ну, тогда, может, Пасху отмечают. У нас же яйца в магазинах подорожали, значит она самая – это я, как ответственная за экономику по региону, вам говорю! – бросила в ухо ВалеNтину Олеговичу™ очередное предположение Юлия из Исмагила.

– Да тоже, вроде, как бы рано, неделя до неё ещё, – засомневался тот.

– А! Ну так Вербное же воскресенье сегодня, вот они и радуются!

– Как-то не очень радостно они радуются. Жалостно больно поют и всё больше на зарплату жалятся. Я ж просил ваш экономический блок разобраться и рассказать всем, что нашей вины в их зарплатах нет, это на местах что-то сами местные чудят. Я голову министра нашего образования на кон поставил. Я же не зря это сделал? 

– Да нет же, все верно. Это местные, как всегда, бузят, не хватает вашей сильной руки на всех. А они ждут её, готовятся.

– Вы уж там, милочка, разберитесь, а то не ровен час, я ещё останусь сам виноватым.

– Не беспокойтесь, дрогой ВалеNтин Олегович™, всё у вас будет хорошо.

– И у вас при мне, – проворчал ВалеNтин Олегович™, бросив трубку раритетного телефона

Он подошел к маленькому столикому, на причудливо изогнутых ножках, осторожно взял тяжелый хрустальный графин, уже не совсем до верха наполненный сидром, и налил себе в кружку, такую же красивую и тоже хрустальную, ещё много этого божественного напитка.

Хлебнув его, он сел к окну.

Под окном посеревшие от холода учителя продолжали петь жалобную песню. А, увидев в окне ВалеNтина Олеговича™, уже не запели, а практически застонали.

«Для вас всегда открыта в школе дверь,

Прощаться с ней не надо торопиться.

Мы рады видеть вас у нас теперь

И Юлин полный денежек портфель,

Пускай потом ничто не повторится

Для вас всегда открыта в школе дверь».

ВалеNтин Олегович™ едва не поперхнулся очередным глотком сидра и, рассердившись, снова подошел к телефону из антикварного магазина, с которого его хозяйственная супружница только-только фланелевой тряпочкой стерла (на всякий случай) следы предыдущего разговора.

Уважая труд жены, ну и не пренебрегая, на всякий случай, конспирацией, ВалеNтин Олегович™ натянул чёрные перчатки и сурово набрал номер. Но на связь на этот раз вышел не с Юлией из Исмагила (чутье подсказывало ему, что на связь выходить с ней без толку), а непосредственно с министром образования.

– Голубчик, – ласково обратился к министру ВалеNтин Олегович™. У министра от этой неожиданной нежности почему-то выступил холодный пот на спине. – Это почему же ваши учителя у меня под окном всё воскресенье жалобные песни поют. Вы что их опять зарплатой обделили?

– Никак нет, дорогой ВалеNтин Олегович™, наоборот, предложили зарабатывать как можно больше, хоть вообще из школы домой не уходить, – бодро затараторил министр. – Да и зачем им домой ходить, на нужды всякие хозяйственные отвлекаться? Пусть полностью отдают себе школе, детям. Как говорится, сеют без перерыва разумное, доброе вечное. А уж мы им эту посевную сполна оплатим, не поскупимся!

– Тогда на что они под окном у меня жалуются?

– Да просто работать не хотят, ВалеNтин Олегович™. Я им говорю: хотите зарплату достойную ваших расходов получать – работайте больше. А они мне в ответ, мол, мы хотим работать не больше, а лучше, а чтобы лучше работать, нам нужно меньше работать. Нет, ну вы понимаете, куда мерзавцы гнут! Какую логику мне вырисовывают! Работать хотят меньше, а получать – больше.

– Больше – это сколько? – уточнил ВалеNтин Олегович™.

– А это, дорогой ВалеNтин Олегович™, смотря у кого какие аппетиты. А аппетиты у них, скажу я вам, совсем уж нескромные – тычут мне в нос средней зарплатой по региону. А я разве против? Я только за! Берите полторы ставки и получайте ее родненькую. А две возьмёте – и того больше домой унесете, если, конечно, до дома доплететесь. Но ведь они что удумали, 18 часов в неделю отработать и среднюю зарплату по региону иметь. 

– Так, а вы, министр образования, разве не знаете, что согласно закону об образовании максимальная нагрузка на одну ставку педагога у нас и составляет 18 часов?

- Да все я знаю, дорогой ВалеNтин Олегович™, но ведь обидно. Вот мы с вами сутками не спим, всё о благе народном думаем. И не по 18 часов в неделю, по 24 – в день. А получаем-то с вами по одной ставке

ВалеNтин Олегович™ почему-то засмущался, покраснел и закашлялся.

– Вы там, давайте, прекратите уже наши ставки с ихними сравнивать, –перебил он министра, откашливаясь.

– Да собака меня укуси, даже не думал об этом. Но я так считаю: не потопаешь – не полопаешь, не я сказал, мудрость народная гласит. Хотите среднюю по региону получать – берите по полторы ставки и не ерепеньтесь. А если и того лучше пожить желаете – берите и две ставки, и три. У нас, слава богу, учителей пока ещё не пруд пруди. Вакансий, как ребятишек после повышения материнского капитала! Ну, а если хочешь мыслителем деревенским пожить, то сиди на своей одной ставке и думай. На голодный желудок, говорят, лучше думается, и мысли светлые тёмную голову чаще посещают. Глядишь, и одумается…

ВалеNтин Олегович™ не стал дослушивать министра. Бережно, хоть и нервно, он положил трубку на раритетный телефон. Снял перчатки. Подошел к окну и, распахнув его, вдруг громко обратился к учителям стихами Некрасова.

– Сеятель знанья на ниву народную!

Почву ты, что ли, находишь бесплодную,

Худы ль твои семена?

Робок ли сердцем ты? 

Слаб ли ты силами?

Труд награждается всходами хилыми, 

Доброго мало зерна!

Где ж вы, умелые, с бодрыми лицами,

Где же вы, с полными жита кошницами?

Труд засевающих робко, крупицами, 

Двиньте вперед!

Сейте разумное, доброе, вечное,

Сейте! Спасибо вам скажет сердечное

Русский народ…

И пока оторопевшие от такой некрасовской лирики учителя приходили в себя, ВалеNтин Олегович™ быстро захлопнул окно. 

«Всё-таки большое влияние стала оказывать на меня эта Юлия из Исмагила, вот уже и стихи, подобно ей, публично читать вдруг стал», - пронеслось в его голове, пока он набирал номер, крутя старый медный диск телефона из антикварного магазина.

– Юлия из Исмагила у аппарата, – ответила ему в ухо трубка.

– Готовьте голову министра, - сухо бросил в трубку ВалеNтин Олегович™ и так же сухо бросил трубку.

Он подошел к старинному столику на витых ножках. Сделал большой глоток из массивного горлышка тяжелого хрустального графина и пошел принимать непопулярное решение.

«…Встречай, плати и снова расставайся, когда уйдем со школьного двора», - жалобно пели учителя под окошком ВалеNтина Олеговича™.

Алексей КИРИЧЕНКО

P.S. Все даты, имена, отчества, фамилии и должности случайны. Ровно как события и места их совершения. Все совпадения – плод исключительно вашего разума. А придуманный нами ВалеNтин Олегович™ никакого отношения к главе Хакасии не имел, не имеет и не будет иметь!

Между тем…

Прокуратурой Хакасии в адрес республиканского правительства внесено представление по факту нарушения прав работников сферы образования.

Ранее в Хакасии разгорелся скандал по поводу фактического сокращения зарплат учителям после анонсированного повышения окладов. Обещанное повышение зарплат учителям и воспитателям обернулось тем, что в отдельных случаях педагоги стали получать даже меньше, чем в прошлом году. 

Как заявила в интервью интернет-изданию «Взгляд» глава Алтайского района Ирина Войнова. Далее – цитаты из её интервью:

«В правительстве на это (представление прокурора – прим. ред.) отреагировали достаточно странно. Мол, «ну и что, что получили представление, мы будем проводить контрольные мероприятия и по результатам решим, что делать». То есть они сначала издевались над педагогами и главами муниципальных образований, а теперь хотят поиздеваться над региональным прокурором. 

[…] 

Кроме того, под руководством министра образования Хакасии Анатолия Бутенко прошло совещание с руководителями отделов образования городов и районов, а также всеми директорами школ. Министр заявил, что средняя заработная плата педагогов в текущем году составит 46 тыс. рублей при этом в прошлом году она составляла более 49 тыс. рублей.

[…] 

Фактически Бутенко плюнул всем в лицо и заявил, что ему все равно, какие были повышения зарплат в том году, в этом году будет только 46 тыс. Причем, по словам министра, это будет выплачиваться при нагрузке в 27 часов. А я напомню: согласно закону об образовании, максимальная нагрузка на одну ставку педагога составляет 18 часов.

[…] 

Сказать, что все в шоке от таких заявлений – ничего не сказать. В моем районе преподаватели заявили, что они не ожидали такого унижения от профильного министра, который должен, казалось бы, знать ситуацию изнутри и стараться помочь работникам сферы».