Волнующие ученых виды животных снова не попали в список охраняемых, а скандал вокруг новой редакции Красной книги набирает все больший общественный резонанс. В советское время за издание Красной книги отвечала Госкомэкология. Первая Красная книга СССР вышла в свет в 1977 году. По правилам изменения должны вноситься каждые 10 лет, но с момента появления первой редакции список редких животных не меняли ни разу.

Последняя попытка расширить Красную книгу была предпринята в 2010 году. Тогда и разгорелся первый громкий скандал. В список краснокнижных объектов должны вноситься виды, находящиеся под угрозой исчезновения, уязвимые, узкоэндемичные, эндемичные и редкие. Их охрана важна для сохранения конкретных природно-климатических зон. Исключить вид из перечня можно только в том случае, если доказано, что его численность восстановилась, улучшились условия обитания или этот вид просто вымер.

Правила обязывают регионы минимум раз в три года предоставлять информацию по состоянию краснокнижных видов животных. По многим таксонам такой информации сейчас нет, поэтому в предварительных списках нет многих животных и птиц, которые, по мнению экологов, нуждаются в защите. Среди них - гималайский медведь, несколько редких видов оленей и даже - несмотря на международный резонанс истории с «китовой тюрьмой» - косатка. В 2017 году по итогам голосования комиссии все эти виды стали краснокнижными.

Позже список согласовала РАН, но в Минприроды решили скорректировать документ, исключив из него перед отправкой в Минюст перечисленные виды. В министерстве это объяснили тем, что «для включения видов в Красную книгу должны быть данные по их численности, подтвержденные результатами мониторинга видов, а их не было». По мнению эколога Михаила Крейдлина, всех этих животных отказываются признавать краснокнижными из-за денег. Многие из них являются видами коммерческого промысла. Это и кавказская серна, и гималайский медведь, и некоторые виды горных баранов, а также касатки. По его словам, против включения животных в Красную книгу выступают серьезные лоббисты от охотников на всех уровнях власти. Росохотрыболовсоюз специально тормозит включение в список некоторых видов водоплавающих птиц. А Росрыболовство не включает касаток.

И этому есть подтверждение: в советское время Красная книга составлялась на основе очерков ученых, работавших в разных уголках страны, при этом каждый вид описывал отдельный специалист. Но в какой-то момент Минприроды резко решило скорректировать состав комиссии по редким и находящимся под угрозой исчезновения видам. Теперь из 44 ее членов осталось лишь 20 ученых, которых раньше было большинство. Зато сейчас в президиум комиссии вошли два представителя охотничьих структур – замдиректора департамента государственной политики и регулирования в сфере охотничьего хозяйства Александр Федотов и президент «Росохотрыболовсоюза» Татьяна Арамилева, чье ведомство открыто выступало против внесения в Красную книгу гуменника, серого гуся и других видов. Ее позицию поддерживают шесть региональных министерств и бывший начальник Эдуард Бендерский - известный меценат и глава «Клуба горных охотников», просивший в 2017 году у вице-премьера Александра Хлопонина разрешения отстрелить пять краснокнижных путоранских баранов в обмен на выделение 15 млн. рублей «Объединенной дирекции заповедников Таймыра».

Он же направлял в комиссию рекомендации исключить из охраняемых 14 видов животных и птиц (в том числе гималайского медведя и путоранского барана) на основании того, что их «численность может быть достаточно быстро восстановлена». В реальности популяция снежных баранов на Путоране не превышает 800 особей. Самки рожают одного ягненка в три года с выживаемостью 23%.

Но ученые не сдаются и безуспешно пытаются доказать охотникам, что список пора бы уже и расширить. Они приводят все больше данных по снижению популяций многих видов. Например, по словам экспертов The Conservation of Arctic Flora and Fauna, в европейской части России количество серых гусей с 1990-х годов сократилось в два раза, по гуменникам та же статистика - в 2016 году их насчитывалось 189 тыс. против 386 тыс. в 2012-м. Не заметно улучшение условий обитания и увеличение популяции и у гималайского медведя. Дальневосточные кедровники, в которых предпочитают селиться эти звери, вырубаются в промышленных масштабах китайскими компаниями. Численность вида, не превышающего 6 тыс. особей, постоянно сокращается - за одну медвежью лапу у китайцев на «черном рынке» можно выручить до $1 тыс. А стоимость одной касатки начинается от $1 млн.

Кроме того, ученые напоминают, что Красная книга - это еще и методологическая база для обоснования границ заповедных территорий. Выведите из списка растений одну-единственную крымскую сосну - и лесные участки здравницы можно будет отдать под массовую застройку. И это несмотря на то, что в нацпроекте «Экология» отдельное внимание уделяется сохранению биоразнообразия. Ситуация патовая. Ученые с охотниками не скоро смогут договориться. И пока идут споры между теми, кто жаждет наживы, и теми, кто из последних сил пытается отстоять право на жизнь вымирающих животных, в России может появиться очередная «китовая тюрьма».