У каждого профессионального заболевания есть свои симптомы. У шахтеров — угольная пыль на ресницах, у водителей междугородних автобусов — вечный мозолистый взгляд на горизонт. А у нас, журналистов, свой недуг. Мы смотрим на официальные правительственные пресс-релизы и вместо цифр, графиков и победных реляций видим чистый, неразбавленный абсурд. Это когда текст написан так гладко, что сквозь него явственно просвечивает дыра в бюджете.

У каждого профессионального заболевания есть свои симптомы. У шахтеров — угольная пыль на ресницах, у водителей междугородних автобусов — вечный мозолистый взгляд на горизонт. А у нас, журналистов, свой недуг. Мы смотрим на официальные правительственные пресс-релизы и вместо цифр, графиков и победных реляций видим чистый, неразбавленный абсурд. Это когда текст написан так гладко, что сквозь него явственно просвечивает дыра в бюджете.

Минувшая неделя в нашей горячо любимой и единственной Хакасии выдалась настолько богатой на скрытые смыслы, что я просто не имел права промолчать. Предлагаю вам включить разум и посмотреть на то, как наша сибирская действительность в очередной раз подмигнула нам из-за угла.

Поскольку легкие полунамеки у нас уже давно не работают, давайте разберем политический фарс минувших дней по-взрослому, с чувством, с толком и с той самой легкой грустью, без которой в Хакасии осень встречать просто категорически противопоказано.

Политический круговорот, или Аттракцион невиданной верности

Выборы в Государственную Думу завершились, и тут началось самое интересное. Наш дорогой глава республики Валентин Коновалов, который шел во главе одного из списков, берет и официально отказывается от мандата депутата Госдумы.

Вы оценили этот трагифарс?

Кто-то годами бьется, не спит, теряет остатки совести, чтобы прорваться туда, где Охотный ряд, бесплатный буфет и полная неприкосновенность. А Валентин Олегович посмотрел на этот московский блеск, вздохнул, подумал о нас и сказал: «Нет. Что я там забыл? Я остаюсь на капитанском мостике Хакасии». Это какая-то запредельная форма преданности региону. Или трезвый расчет: в Москве ты один из четырехсот пятидесяти, а тут ты — один на всю республику, и все шишки — твои личные.

Да, Валентин Олегович лишил нас дополнительного представительства в Госдуме. Но в Москву едет Александр Штыгашев. Наш новый депутат — бывший следователь Следственного комитета, успел поработать в правительстве и в структурах РУСАЛа. Человек прекрасно знает, как устроена жизнь: сначала расследует, почему нет денег, потом управляет тем, как их делят. Глава Абакана Алексей Лемин уже честно признался, что они с новым депутатом близко знакомы не были, но теперь планируют «максимально загружать его работой».

Какая трогательная сибирская гостеприимность! Он еще толком до депутатского буфета не дошел, кресло под собой не настроил, а на него из Абакана уже летит целый пакет документов по ремонту школ и детских садов.

И правильно! Глаза у молодого депутата, говорят, горят. Главное, чтобы в столичных министерствах от этого огня наши региональные проекты не сгорели со стыда. Будем наблюдать, как 39-летняя молодость борется с федеральной бюрократией.

Отопительный раскол

Осень пришла, как всегда, по календарю, но коммунальщики в этот раз удивили — отопительный сезон стартовал на редкость прилично. Никаких тебе гейзеров из-под асфальта, никаких куч замерзающих домов. Казалось бы, живи и радуйся!

Но вы же знаете нашего человека. Наш человек не может просто так взять и погреться. Город немедленно раскололся на два непримиримых, глубоко окопных лагеря.

Первый лагерь — это те, у кого дома +28°. Они сидят в трусах при открытых настежь окнах, ласково матерят ТЭЦ и громко кричат: «Зачем так рано включили?! Мы что, улицу отапливаем за свои деньги? Прекратите этот коммунальный геноцид, у меня фикус сохнет!».

Второй лагерь — это граждане, живущие по другим стоякам. У них дома всего +18°, потому что в трубах образовалось то самое научно-загадочное явление, которое в ЖЭКах уважительно называют «завоздушиванием». Эти люди ходят по квартире в шерстяных носках, пальто и шапках-ушанках, кутают котов в пледы и обрывают запущенную мэрией «горячую линию». Они кричат в трубку: «Где наше законное тепло?! Дети мерзнут, стены сыреют, доколе?!».

И вот администрация города запускает эту самую «горячую линию» по теплоснабжению.

Гениальный ход!

Вы понимаете, что это не техническая служба, это чистой воды министерство психологической разгрузки. Гражданин из первого лагеря звонит, чтобы высказать всё, что он думает о тарифах на отопление атмосферы, гражданин из второго лагеря — чтобы согреться собственным праведным гневом. Завелся диспетчер, завелся абонент — и в воздухе сразу потеплело! Напряжение растет, пар выходит через телефонную трубку, специалисты вежливо обещают «проверить параметры», а система тем временем тихонечко выходит на рабочие мощности. В итоге все дома подключены, все при тепле, но какой внутренний накал страстей, какая драматургия на фоне абсолютно нормального, скучного рабочего пуска!

Медвежий террор

Если вы думаете, что холод в квартирах — это главная опасность, то вы просто не знаете, что творится за пределами Абакана. У нас продолжается эпическая битва человека с природой. Власти официально отчитались: в Хакасии действует режим повышенной готовности, и с начала сезона ликвидировано уже 160 медведей!

Вы вдумайтесь в эту цифру — сто шестьдесят косолапых! 

Это же целая мохнатая армия, которая решила, что в тайге жить скучно и голодно, а у людей на дачах и базах отдыха — цивилизация и шведский стол.

Медведи у нас пошли наглые, но интеллигентные. Они не просто выходят к деревням, они приходят посмотреть, как люди живут. В Абазе одного такого туриста пришлось ликвидировать прямо у базы отдыха. Видимо, мишка хотел снять номер с видом на горы, но не прошел фейсконтроль.Из-за этих лесных гостей в некоторых районах отменяют вечерние секции для детей, людям советуют не ходить в темноте.

Медведь в Хакасии стал главным регулятором комендантского часа. Никакая полиция так не загоняет граждан по домам, как мысль о том, что за углом тебя ждет трехсоткилограммовый хозяин тайги, у которого как раз закончился сезон малины.

Ситуация, как уверяют, под контролем. Но на всякий случай, выходя выбрасывать мусор, лучше громко петь патриотические песни. Медведи их не любят, да и соседи будут знать, что вы еще живы.

Погодный саботаж

И на десерт — наши дорогие синоптики, которые на этой неделе оказались в глубоком психологическом тупике. Они-то в конце сентября выпустили грозный среднесрочный прогноз: мол, октябрь будет аномально холодным, готовьтесь к худшему...

И тут наступает 4 октября.
И природа включает Хакасии... плюс 20 градусов!

Товарищи, вы понимаете весь масштаб этого климатического хулиганства? На календаре второй месяц осени, а на улице погода, при которой в приличных странах люди уходят в отпуск и пьют холодный лимонад.

И вот представьте эту картину. Отопительный сезон в Абакане, как мы выяснили, стартовал абсолютно нормально, батареи честно греют. А за окном — жара!

Граждане открывают окна, включают вентиляторы и начинают тихо сходить с ума от этого температурного изобилия. Получается удивительный сибирский парадокс: на улице так тепло, что можно просто стоять в очереди за дефицитным топливом в одной футболке и получать удовольствие!

А все почему?

Просто мы так бурно отпраздновали праздник урожая «Ӱртӱн тойы», что природа, видимо, решила: «Ладно, ребята, уговорили, побудьте еще немножко южным курортом».Синоптики растерянно смотрят в свои карты, коммунальщики топят, люди загорают. Абсолютная, чистая гармония, которая возможна только у нас Повестка — краше не придумаешь. Республика живет на стыке абсурда и героизма. Мы выбираем 39-летних следователей под грузом легендарных дедовских фамилий, ищем то, что должно быть на каждой заправке, греемся телефонными звонками и делим жизненное пространство с медведями.

Но знаете что?

Мы не унываем. Потому что если бы у нас всё работало, было тепло, светло и предсказуемо — это была бы не Хакасия, а какая-нибудь скучная Швейцария. А у нас тут — характер, закалка и вечный повод для хорошей сатиры.

Доживем до следующей недели, если медведи позволят!

Алексей Кириченко