Что ждет российскую науку, отечественное образование? Стоит ли ждать прорыва инженерной и конструкторской мысли? Об этом в студии «СП-видео» рассуждает член-корреспондент РАН по секции «Экономика», доктор физико-математических наук Алексей Савватеев, сообщает «Свободная пресса».

«СП»: Вы часто и по делу критикуете нашу систему образования. Как-то упомянули, что все проблемы в нашей стране начались, когда у руля встали неучи. Они к какому поколению относятся?

— Это произошло это при Хрущеве, когда в образовании грянули реформы.

С установлением Советской власти началось время экспериментов, которые шли параллельно с борьбой с беспризорностью. Ситуация частично оправдывает тогдашние неудачи. Дети просили хлеба, а не знаний.

«СП»: Как Сталину удалось создать классическую систему всеобщего образования? Дело в указах Наркомпросса, в «жесткой руке»? Или мотивация была у людей?

— Началось все с массовых писем профессуры Сталину. В них утверждалось, что контингент, который поступает в вузы, невозможно обучать. Профессора задавали вопрос: «Что происходит в школах, товарищ Сталин? Разберитесь лично». И товарищ Сталин разобрался. Да, были указаны Наркомпроса, смещение с поста наркома просвещения Анатолия Луначарского, замена его Андреем Бубновым. Он, кстати, и построил в образовании систему, подарившую миру Гагарина, но был расстрелян как левый троцкист…

Всеобщего добротного образования, созданного при Сталине, хватало на все. По данным Игоря Костенко, в 40-е годы среди выпускников школ хорошистов и отличников было в 50 раз больше, чем сейчас. Как вам нравится эта цифра?

Если оценивать то время с точки зрения образовательных достижений, они грандиозны, несравнимы ни с чем, что было на Земле ни до этого, ни потом. Применительно к эпохе Сталина мы можем говорить о гениальном проекте всеобщего образования, который был продуман и полностью осуществлен.

«СП»: Так откуда же взялось поколение двоечников?

— Во времена хрущевской «оттепели» образование наводнили разные суперидеи. Нет ничего хуже, когда в образовании начинаются какие-то «супер-реформы». Все должно быть четко: вот класс, учитель, урок, вызов к доске, ответ ученика. Если тот ничего не знает — учитель его стыдит.

Как только появляются какие-то идеи «добра и прогресса», на деле это сводится к разрушению образования. Правда, при этом возникают отдельные школы, в которых все построено на сотрудничестве, на доверии, на взаимном понимании. Они дают грандиозные результаты, и начинаются разговоры о том, что эксперимент хорошо бы распространить на всю страну.

Но в реальности только в нескольких школах всё может быть на доверии, без насилия. Если же мы говорим о том, чтобы в короткие сроки вырастить поколение будущих конструкторов и создать отечественный авиапром, выпускников этих экспериментальных учреждений кратно недостаточно. Поэтому возвращаться надо к моделям работы в массовой школе, а они, к сожалению, основаны только на насилии. Иначе — никак.

«СП»: Глава СПЧ Валерий Фадеев высказался за введение процедуры отчисления из школы за оскорбление учителя. Он считает, что к хулиганам необходимо применять самые жесткие меры. По какому пути должна идти школа — воспитания или запугивания?

— Валерий Фадеев все правильно понимает. Есть дети, которые уже рождаются со «страхом Божьим» — их не надо подвергать ни запугиванию, ни насилию. Они от природы послушны. Но как воспитывать категорию «рожденных свободными», не знает никто. Насилие на них не действует, загоняет в стресс и отчуждение. Они ничего не усваивают, делают, что хотят.

Правда, реформаторы образования нередко говорят: те, кто не хочет учиться, пусть не учатся. Но приходит президент и спрашивает: «А где отечественные самолеты?»

Поэтому я за то, чтобы ставить двойки. А то ведь у нас как? Учитель ставит «два», а директор ему говорит: «Это вы не ученику, а себе двойку поставили». Но власть вроде бы начала понимать, что воспитывать детей надо. Школа — это не про либерализм.

«СП»: Вы за ЕГЭ или против?

— Нам молиться надо на то, что ЕГЭ еще остается, потому что это способ борьбы с коррупцией в образовании. Но, по правде, ЕГЭ надо было бы иначе проводить, с обязательной устной частью, и сделать так, чтобы он не совмещал функции окончания школы и поступления в вузы. Мне возразят: у нас просто нет на это ресурсов, и мне нечем крыть. По уму надо возвращать устные экзамены, не меняя систему ЕГЭ.

Следующий вопрос: а есть ли учителя в нужном количестве? Ответ: нет. Потому что желающих работать на полторы-две ставки, чтобы выжить, очень мало. Нужно узаконить минимум: 50 тысяч за одну ставку, и тогда учителя не будут уходить из школ.

«СП»: Говорят, что учителей может заменить Искусственный интеллект. С этого года вводят кибер-классы, проходят интернет-уроки…

— Искусственный Интеллект — это для подавляющего большинства, прежде всего, списывание. Если мы будем учить детей не мыслить самостоятельно, а списывать, у страны нет будущего.

Любые попытки притащить технологии в школу разваливают урок, потому что куда заглядывает школьник, когда ему дали возможность воспользоваться технологиями? Правильно, в Тик-Ток и в порнографию.

И бизнес надо грязной метлой гнать из школы вместе со всеми дополнительными, никому не нужными предметами, не имеющими отношения к образовательному процессу.

«СП»: То есть вы за возврат к прошлому?

—  Да, я считаю, это необходимо, в том числе вернуть старые классические учебники. Но для этого надо зафиксировать: добротное качественное образование не впереди нас ждет, оно было в советском прошлом. Если наши начальники это публично признают, процесс можно развернуть назад, и образование пойдет вперед.

«СП»: Однажды вы сказали, что СССР «грохнуло» поколение неучей. Кого вы имели в виду?

— Среди гробовщиков Советского Союза было очень мало людей, получивших образование при Сталине. Поколения, выращенные на разрушении системы образования, страну и развалили.