Однажды Валентин Олегович сидел в кабинете Геннадия Андреевича. 

Скромно. 

На краешке стула, прижимая к коленям потёртую папку с партийными отчетами. 

Председатель ЦК, постукивая по столу золотым «Паркером», хмуро изучал свежую распечатку с сайта Центризбиркома.

— Валентин, ну что это такое? — Геннадий Андреевич укоризненно покачал головой, сверяя бумагу с выпиской со своего личного счета в сто тридцать три миллиона рублей. — Три миллиона девятьсот сорок пять тысяч рублей дохода за год. Посмотри на Юрия Вячеславовича — почти десять миллионов! Посмотри на товарища Ищенко — сто семьдесят один миллион! Люди смотрят на наш федеральный список и видят солидную, крепкую партию. А на тебя глянут и подумают, что в Хакасии коммунистам совсем зарплату не платят. Да и квартира твоя — шестьдесят три метра. Самая тесная в партийной верхушке!

Валентин Олегович скромно вздохнул:
— Геннадий Андреевич, так зато у меня всё честно, от народа скрывать нечего. На счетах пятьсот шестьдесят восемь тысяч рублей — на жизнь вполне хватает. Еще дом у меня есть, девяносто четыре метра. И два огорода. Картошка своя, огурчики.

Сидевший в сторонке первый зампред Юрий Вячеславович отвлёкся от свежих котировок акций «Газпрома» и «Норильского никеля», которые до этого увлечённо изучал, и с любопытством посмотрел на сибирского коллегу.

— Валентин, мы тут с товарищами обсуждали инвестиционные портфели. А у тебя в декларации из ценных бумаг — полный ноль. Как же ты планируешь развивать материально-техническую базу на местах в эпоху капитализма? На чём ты вообще в Москву на съезд приехал? — поинтересовался он.

Валентин Олегович мягко улыбнулся и вытащил из папки план-схему своих земельных наделов.

— А я, Юрий Вячеславович, инвестирую в реальный сектор. Вот, смотрите: земельный участок под садоводство — 619 квадратных метров. И второй — 593 метра. В этом году расширили посадки картофеля и огурцов с моидорами, поэтому полностью закроем потребность аппарата ревкомиссии в солениях на зиму. А приехал я на «Мазде». 2001 года выпуска. Безотказная машина, японская сборка. Правый руль, между прочим.

Юрий Вячеславович внимательно посмотрел на схему огородов, затем на свои выписки по дивидендам, и вдруг подумал, что в случае очередного витка мирового финансового кризиса у Валентина Олеговича шансов выжить всё-таки значительно больше.

Геннадий Андреевич за затянувшейся паузой наблюдал молча, затем выразительно посмотрел на свои швейцарские часы. Совещание явно затянулось, партийные дела требовали личного присутствия на выездных мероприятиях, и председатель ЦК решительно поднялся из-за стола, давая понять, что аудиенция окончена.

Расставаясь, они вышли на закрытую парковку во дворе партийного здания, где председателя поджидал представительский чёрный седан. Геннадий Андреевич уже взялся за ручку двери, но вдруг остановился и прищурился. В дальнем углу двора Валентин Олегович усердно протирал тряпкой лобовое стекло своей серебристой «японки». Правый руль сиял на московском солнце, а на заднем стекле скромно алела наклейка с серпом и молотом.

— Валентин! — крикнул через весь двор Геннадий Андреевич. — Ты на этом чуде 2001 года обратно до Абакана доедешь? Может, тебе служебную выбить? Или из фонда партии на техобслуживание подкинуть?

Валентин Олегович бережно сложил тряпку, похлопал «Мазду» по капоту и ответил с абсолютной уверенностью в голосе:
— Не беспокойтесь, Геннадий Андреевич! Японская сборка, мотор-миллионник. Она ещё нас всех переживёт. Да и гараж у меня под неё специальный есть, двадцать три квадратных метра. Капитальный, кирпичный!

Геннадий Андреевич сел в машину, посмотрел в окно на удаляющуюся «Мазду» главы Хакасии и тихо сказал:
— Вот она, Юра, истинная партийная аскеза. А мы всё акции, вклады…

*P.S. Все даты, цифры, здания, машины, имена и должности случайны. Равно как события и места их совершения. Все совпадения – плод исключительно моего, Алексея Ивановича, разума. А упомянутый здесь Валентин Олегович никакого отношения к главе Хакасии не имел, не имеет и иметь не будет!
Зато фото совершенно реальное с ТГ-канала КПРФ. 

Для тех, кто не в курсе.
Все упомянутые цифры и данные об имуществе взяты из официальных предвыборных деклараций кандидатов КПРФ от Центризбиркома. Валентин Коновалов действительно задекларировал годовой доход в 3,9 млн рублей, счета на 568 тыс. рублей, дом (94,5 кв. м), гараж (23,1 кв. м) и Mazda Familia 2001 года. 

У Юрия Афонина указаны доходы в 9,9 млн рублей и акции «Газпрома» и «Норникеля», а личные счета Геннадия Зюганова превышают 133 млн рублей.