Вестфальская система, где границы суверенных государств были неприкосновенны, рухнула. Европа превратилась для Украины в защищённый международным правом индустриальный тыл, но прецеденты Ирана и Израиля доказали: границы не защищают от тех, кто готов воевать до конца. Вопрос в том, может ли Россия играть по правилам противника, которые он нарушает первым.

Евроарсенал для Украины под прикрытием Вестфаля

На пятый год СВО Европа окончательно перешла из политического наблюдателя в защищённый международным правом индустриальный тыл военной машины Украины. Формально эти государства не находятся в состоянии войны с Россией, а их территории прикрыты зонтиком Вестфальской системы – принципа нерушимости государственных границ и суверенитета, который действует с 1648 года, – и 5-й статьёй Устава НАТО. Однако за этой дипломатической ширмой работает непрерывный конвейер смерти, поставляющий Киеву оружие для убийства русских.

Яркий пример – "Снарядная инициатива", продвигаемая президентом Чехии Петром Павлом. К 2026 году через эту схему Киеву передано уже свыше 300 тысяч артиллерийских снарядов. В Польше концерн Polska Grupa Zbrojeniowa (PGZ) и частная WB Group, производящая барражирующие боеприпасы Warmate и дроны FlyEye, куют украинскую победу ударными темпами: выручка WB Group в последние годы подскочила на 70%, мощности работают практически исключительно на экспорт, в зону боевых действий СВО.

Почему Россия должна пассивно наблюдать за этим? Разве мы не имеем полное право нанести удар по снабженцам Киева? Технически мы обеспечены для этого всем необходимым, подчеркнул в разговоре с Царьградом полковник в отставке, военный обозреватель "Комсомольской правды" Виктор Баранец:

“В Европе, говорят, уже 18 заводов, которые работают на Украину. У нас найдётся не только 18, но и 100 ракет для того, чтобы накрыть эти заводы в один прекрасный день. У нас есть чёткие координаты, у нас есть высокоточное оружие точности до метра, которое может нанести удар по этим заводам”.

Однако есть и другая сторона вопроса, напоминает обозреватель: удар по суверенной территории страны – члена НАТО автоматически активирует механизм коллективной обороны. Как предупреждает эксперт, это неминуемо приведёт к полноценной конвенциональной, а в перспективе – и ядерной войне с Европой.

А мы к этому готовы?

Польша передала Украине отремонтированные танки Leopard 2. Фото: Polska Grupa Zbrojeniowa

Иллюзия нейтралитета: Уроки Тегерана и Иерусалима

Парадокс современной геополитики в том, что Вестфальская система работает лишь для тех, кто обладает политической волей её защищать, или для тех, кого великие державы пока решили пощадить. Как только суверенитет начинает угрожать чьему-то выживанию, о нём мгновенно забывают. И тогда хоть напоминай о нём, хоть нет – это перестаёт быть аргументом.

Пример – иранская доктрина Forward Defense (защита на дальних подступах). Она сформировалась под влиянием уроков ирано-иракской войны (1980–1988), которая показала опасность опоры исключительно на территориальную оборону. В 2019 году верховный лидер Али Хаменеи сформулировал главный принцип этой доктрины:

“Мы не должны ограничиваться нашими границами. Наш долг – признавать и противостоять угрозам, которые находятся за нашими стенами”.

Доктрина не осталась только на бумаге. В марте 2024 года Тегеран нанёс удар баллистическими ракетами по Эрбилю в Иракском Курдистане, уничтожив штаб "Моссада". Багдад возмущался нарушением суверенитета, но Иран дал понять: если государство предоставляет свою территорию для врагов Ирана, его границы и суверенитет для Ирана больше не имеют значения.

Иран атаковал штаб-квартиру "Моссада" рядом с Тель-Авивом. Скриншот видео: Tasnim

Так же работает израильская доктрина Mabam ("Кампания между войнами"): с 2011 года Израиль нанёс по Сирии более 1000 авиаударов, уничтожая иранские конвои.

Военный обозреватель Юрий Подоляка отмечает рациональность такого подхода и объясняет особенности положения Ирана и его отличия от положения России:

“Иран не бьёт по странам – членам НАТО, а бьёт по Эмиратам, Катару,  Кувейту, Саудовской Аравии. Его задача на данном этапе – заставить эти страны платить деньги Ирану и выйти из-под зонтика США”.

Удары Ирана по Израилю затруднены плечом доставки боевых частей – более 1000 км, отмечает эксперт: за это время ПВО и истребители могут уничтожить большинство ракет и дронов:

“Поэтому Иран бьёт по Эмиратам, по Катару, по Кувейту, где дальность полёта сотня-полторы километров. Это в корне не так, как у нас”.

Поэтому прямой удар России по Польше, по мнению эксперта, был бы крайним сценарием: НАТО немедленно перекрыло бы Чёрное и Балтийское моря, захватило бы весь теневой флот и отрезало бы 80% российского экспорта.

Однако Подоляка раскрывает и иную, гибридную сторону этой войны, которая уже идёт без официального объявления:

"Что можем, мы делаем. Иногда заводы в Польше и Чехии горят. Находят украинских беженцев, которые это подожгли... Мы верим, что это партизаны. Обратите внимание: после удара по Усть-Луге и предупреждения Эстонии налёты дронов через её территорию прекратились. Вероятнее всего, через закрытые каналы был донесён алгоритм: если вы не остановите транзит, наши "неофициальные" силы сделают это за вас".

Сильная держава уважает чужой нейтралитет ровно до того момента, пока он не превращается в угрозу.

Взрыв на заводе в Чехии, поставлявшем снаряды Украине. Скриншот: atalayar.com

Запрещённый приём: Как разрешить себе "превентивную оборону"

Однако юридически Россия не обязана публично отказываться от международного права, чтобы нанести удары по заводам в третьих странах. Напротив, она может использовать его же нормы, чтобы легитимизировать свои действия, не скатываясь в образ "мирового агрессора". Для этого существует проверенный юридический инструментарий.

Первое – это Доктрина Кэролайн (1837). Сформулированная госсекретарём США Дэниелом Уэбстером, она допускает упреждающий удар по территории другого государства, если угроза является "неотвратимой, мгновенной, не оставляющей выбора средств и не допускающей времени для размышлений". Массовое производство ракет и дронов, которые ежедневно убивают российских граждан, полностью подпадает под этот критерий.

Гаагская конвенция V (1907), статья 5, запрещает нейтральной державе допускать на своей территории формирование корпусов комбатантов или открытие вербовочных агентств. Современная трактовка: государственный оборонный завод, работающий 24/7 исключительно на фронт, де-факто является таким "агентством", которое производит смерть для русских.

Ещё есть доктрина "ко-беллигерентности" (соучастия в войне). Статья 4 Четвёртой Женевской конвенции гласит:

“Граждане соучаствующего в войне государства не считаются лицами, находящимися под защитой, до тех пор, пока государство, гражданами которого они являются, имеет нормальное дипломатическое представительство в государстве, в руках которого они находятся”.

Если третье государство берет на себя обязательства по системному вооружению одной из сторон, оно признаётся соучастником конфликта. С этого момента его военные заводы теряют статус гражданских объектов и становятся легитимными целями. Чехия, Польша, Германия – все они давно перешли эту черту с точки зрения России.

Россия не разрушает Вестфальскую систему, а требует её полного применения. Позиция Москвы юридически безупречна: если Европа нейтральна – пусть прекратит снабжать оружием Украину. Если нет – Европа соучастник, и её территория теряет иммунитет. Суверенитет не может быть щитом для убийства.

Польша грузит "Пэтриоты" для Киева. Скриншот: Bloomberg

Что с того

Москва имеет полное право привести в действие "превентивную оборону" – и это было бы признаком её геополитического взросления. Цена поддержки Киева на своей территории должна стать неподъёмной для "нейтральных" евробюргеров, чтобы отбить у них охоту лезть не в своё дело.

Однако суверенитет зарабатывается готовностью наносить удары на поражение, даже если брызги могут испачкать респектабельный пиджак. Юридические доктрины не заменят государственной воли – это лишь инструменты в руках государства. Россия сейчас раздумывает на пороге последних судьбоносных решений об ударе по Европе, считает полковник Баранец:

“После этого, безусловно, разразится уже полноценная война, которая может из конвенциональной перерасти в ядерную. Тогда Европу охватит пламя третьей мировой войны с использованием ядерного оружия. Да, надо бить. Надо в конце концов показать зубы и приготовиться к тому, что будет с Европой большая драка, и я не исключаю, что придётся доставать и ядерное оружие”.