За оптимистичными заявлениями президента США Дональда Трампа о переговорах с Ираном может скрываться подготовка к наземной операции. Американский лидер утверждает, что контакты уже идут через «наиболее уважаемого человека» в Тегеране и стороны близки к сделке. Трамп объявил о приостановке ударов по энергетической инфраструктуре Ирана до 6 апреля, заявив о прогрессе в переговорах. Западные СМИ сообщают о наращивании американского военного присутствия и готовности Вашингтона к сухопутной операции. Одновременно продолжаются дипломатические контакты через посредников. При этом ключевые вопросы — контроль над Ормузским проливом, ракетная программа и ядерный потенциал Исламской Республики — остаются нерешенными.

Вашингтон не добился своих целей

Заявления Дональда Трампа о якобы «идеальных» переговорах с Ираном могут оказаться лишь дипломатической ширмой на фоне подготовки силового сценария. По данным западных СМИ, США рассматривают возможность начала ограниченной наземной операции уже в ближайшее время, несмотря на публичные сигналы о стремлении к сделке.

26 марта Трамп объявил о приостановке ударов по объектам энергетической инфраструктуры Ирана на 10 дней — до вечера 6 апреля. Заявление об этом он опубликовал в соцсети Truth Social, отметив, что решение принято по просьбе иранской стороны. По его словам, переговоры между странами продолжаются и проходят «очень хорошо», несмотря на сообщения СМИ. Напомним, Трамп уже вводил пятидневное «энергетическое перемирие», которое должно было прекратиться 27 марта.

Американский лидер ранее подчеркивал наличие канала связи с «наиболее уважаемым человеком» в стране. При этом он уточнил, что прямого диалога с действующим верховным руководством не было. Зато президент Соединенных Штатов уже заявил: Иран умоляет США пойти на сделку.

Ад на том берегу: вторжение США на иранские острова может обернуться катастрофой

Вашингтон готовит сценарии наземной операции — Тегеран готов ответить блокировкой ключевых морских путей

По данным СМИ, в качестве потенциального представителя Ирана на переговорах может рассматриваться спикер парламента Мохаммад Багер Галибаф, тогда как с американской стороны обсуждается участие вице-президента Джей Ди Вэнса. При этом газета Wall Street Journal сообщила, что Галибаф и министр иностранных дел Аббас Аракчи временно исключены из списка целей для ударов, что якобы может свидетельствовать о стремлении сохранить с ними пространство для диалога.

Но скепсис относительно реальных намерений США усиливается из-за предыдущего опыта: переговорные процессы уже не раз срывались Вашингтоном и использовались скорее как элемент тактической паузы. Подобные ситуации наблюдались летом 2025 года и в феврале 2026-го. Это дает основания полагать, что и нынешняя дипломатическая активность может служить прикрытием для подготовки военного сценария.

Эксперт по международным отношениям Хади Исса Далул считает, что США своими заявлениями пытаются выиграть время, снизить международное давление и одновременно завершить подготовку к наземной операции.

— Сам характер заявлений Дональда Трампа — с одной стороны, о прогрессе в переговорах, а с другой — о готовности усиливать давление — свидетельствует о двойной стратегии. Переговоры в данном случае используются как инструмент обмана Тегерана и его союзников, — сказал «Известиям» эксперт.

Риск начала наземной операции

Косвенные подтверждения этой версии появляются и в американской прессе. По информации источников Wall Street Journal в конгрессе, ряд влиятельных республиканцев допускают возможность скорого начала наземной операции. При этом, как утверждают чиновники, президент уже готов отдать приказ, однако пока сдерживается из-за опасений, что потери среди американских военных возрастут, а конфликт затянется.

Одновременно Пентагон усиливает военное присутствие в регионе. В последние дни туда были переброшены подразделения, способные к проведению наземных операций, включая около тысячи десантников из состава 82-й воздушно-десантной дивизии. Речь идет, в частности, о бригаде быстрого реагирования, предназначенной для оперативного развертывания в кризисных точках. Подобные меры не свидетельствуют о подготовке полномасштабного вторжения, но создают возможности для проведения ограниченных и точечных миссий.

Главный редактор сайта 9-го израильского телеканала Роман Янушевский считает, что администрация Дональда Трампа в нынешней ситуации делает ставку не на военную эскалацию, а на возможность «красиво» завершить конфликт с Ираном. По его оценке, ключевым элементом здесь выступает Ормузский пролив: именно контроль над этой стратегической артерией, через которую проходит значительная часть мировых поставок нефти, становится главным предметом торга и приоритетом для Вашингтона.

В то же время эксперт указывает на ряд принципиальных задач, которые так и не были решены. Прежде всего речь идет о сохранении самой политической системы Ирана. Несмотря на давление, режим, по всей видимости, устойчив. Отдельной неудачей он считает отсутствие внутренних протестов в Иране. По его словам, ожидалось, что боевые действия могут стимулировать новую волну выступлений, однако этого не произошло. Джо Кент, ранее покинувший пост руководителя центра по борьбе с терроризмом в аппарате директора национальной разведки США, сказал, что гибель ряда членов руководства Исламской Республики привела к консолидации иранского общества и сплотила граждан вокруг власти перед лицом внешней угрозы.

— Среди нерешенных вопросов также остается судьба обогащенного урана, который по-прежнему находится на территории Ирана. Ракетная программа страны, хотя и понесла ущерб, не была полностью ликвидирована, а Тегеран не отказался от поддержки союзных ему сил в регионе. Всё это означает, что даже в случае формального завершения конфликта его ключевые противоречия сохранятся и могут вновь проявиться в будущем, — рассказал «Известиям» Роман Янушевский.

Несмотря на понесенные потери, Иран сохраняет значительный военный потенциал и способен продолжать боевые действия, сказал «Известиям» сотрудник Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН Григорий Лукьянов. По его словам, в распоряжении Тегерана остаются ракетные системы и беспилотники, позволяющие наносить удары и демонстрировать готовность к эскалации, что дает возможность дезавуировать заявления Дональда Трампа о достижении безоговорочной победы.

Иран отверг предложение США

Тем не менее дипломатические усилия продолжаются, хотя и в непрямом формате. Контакты между США и Ираном, по данным западных изданий, поддерживаются через посредников — Египет, Турцию, Катар и Пакистан. Возможной площадкой для следующего раунда обсуждений рассматривается Исламабад.

Сдельное предложение: США пытаются найти выход из затянувшегося конфликта с Ираном

Американская администрация рассматривает даже частичное соглашение с Тегераном, чтобы сохранить лицо

Тегеран, в свою очередь, демонстрирует жесткую позицию. Иран отверг американское предложение о прекращении огня, переданное через третьи страны, заявив о намерении продолжать боевые действия до выполнения собственных условий. Среди них — расширение экономического контроля над Ормузским проливом, прекращение израильских операций против союзных Ирану сил, а также сохранение ракетной программы без ограничений. Ранее также звучали требования о демонтаже американских баз в регионе и выплате компенсаций.

В Вашингтоне настаивают на прямо противоположных условиях: ограничении ракетного потенциала Ирана, отказе от поддержки региональных вооруженных группировок и демонтаже ядерной инфраструктуры. При этом обсуждаются возможные каналы переговоров, включая контакты на уровне вице-президента США.

Востоковед Кирилл Семенов указывает, что Тегеран больше не готов возвращаться к прежним требованиям Трампа. Иран считает их устаревшими и формирует новую переговорную повестку, в центре которой — требования компенсаций и пересмотр базовых параметров потенциальной сделки. Как пояснил эксперт, под компенсациями может пониматься широкий набор мер — от разблокировки активов до смягчения санкций. Конкретное содержание этих требований остается предметом торга, однако очевидно, что Тегеран рассчитывает добиться более выгодных условий, чем ранее.

— Возможный компромисс может включать не только экономические уступки, но и гарантии безопасности, включая снижение военного присутствия США в регионе. В ответ Иран теоретически может согласиться на частичные ограничения ядерной программы, но не на полный отказ от нее, — поделился с «Известиями» Кирилл Семенов.

Таким образом, ситуация развивается по двойному треку: с одной стороны — активизация дипломатии, с другой — наращивание военного давления. Непредсказуемость решений американского лидера, о которой говорят даже представители его окружения, лишь усиливает неопределенность. В этих условиях переговоры могут оказаться не столько путем к деэскалации, сколько инструментом тактической подготовки к новому этапу конфликта.