Иран десятилетиями был мощным щитом на пути караванов наркотиков из Афганистана. Из-за боевых действий позиции главного наркополицейского планеты могут пошатнуться. Эксперты рисуют пугающую картину: если иранский форпост падет, мир захлестнет волна дешевого героина — экспансия перечеркнет успехи десятилетий борьбы с опиоидами. Подробности — в материале «Известий».

Граница рвется

В ближайшие месяцы на мировой рынок — а в первую очередь речь идет о странах бывшего СССР — может хлынуть огромный объем героина из Ирана. Собственно, процесс уже начался. Так считает эксперт по международному наркотрафику, бывший руководитель следственного подразделения МВД России по борьбе с оргпреступностью Сергей Пелих. Его предположения косвенно подтверждаются крупными задержаниями последних недель. Например, больше 10 кг запрещенного вещества высокой концентрации было перехвачено азербайджанскими пограничниками. Груз был переброшен через границу с помощью беспилотника, задержаны курьеры (оба граждане Азербайджана), которые должны были подобрать груз и доставить сообщникам.

Фото: РИА Новости/Мурад Оруджев

В начале марта больше 3 кг опиума нашли в коробке: курьер наркомафии пытался перевести его через ирано-армянскую границу. Несколькими днями ранее в этой же стране был перехвачен еще один наркогруз, следовавший через Ирана в Турцию транзитом через Армению, — 5,3 кг героина.

В конце февраля четыре боевика иранской наркомафии устроили перестрелку с азербайджанскими пограничниками при попытке силовиков задержать караван. В ходе боестолкновения на границе бандиты бросили груз (почти 34 кг героина) и скрылись в лесополосе.

Передовая борьбы с наркотрафиком

Как отмечает Сергей Пелих, Иран имеет самую большую протяженность сухопутной границы с Афганистаном. Эта граница — главные ворота, через которые синтетические лаборатории и опийные поля «золотого полумесяца» соединяются с остальным миром.

По данным властей Ирана, в 2023 году в стране изъяли почти 1 тыс. т героина. В ходе борьбы с наркомафией в стране за последние годы погибли 4000 правоохранителей. Изъятие партий весом более тонны — привычное дело для иранских блюстителей порядка. В ноябре прошлого года силовики изъяли 2 т наркотика, который пытались вывезти под видом стирального порошка.

Фото: Global Look Press/Erfan Kouchari/Tasnim

По оценкам должностных лиц Исламской Республики Иран, почти 92% изъятого в мире опиума, 59% морфина и 27% героина, приходится на их страну либо изъятия происходят при участии иранских стражей порядка.

По сведениям из доклада Управления ООН по наркотикам и преступности (УНП ООН) за 2009 год, уже тогда не оставалось сомнений, что Иран выступил главным барьером для героинового трафика. Из почти 76 т героина, изъятых в мире за тот год, на долю Ирана пришлось 24,9 т — 32% от всех мировых изъятий. Это абсолютный рекорд, с которым не могли сравниться ни Турция (16 т), ни Китай (5,8 т), ни Афганистан (2,1 т).

— Иран в условиях международных санкций практически без внешней поддержки выполнял функции по сдерживанию трафика, — подчеркивает Пелих. — У них были постоянные соединения, которые реально вели и ведут борьбу, а точнее — войну, по пресечению провозов и ликвидации группировок, пытавшихся прорвать границу.

Один белый, другой серый

Афганский наркотрафик давно разделен на три основных транснациональных потока: северный (через Центральную Азию в Россию), балканский (через Турцию в Европу) и южный (через Иран и его порты). Но именно через Иран идет самый ценный груз.

— На северный маршрут, в сторону России, идут наркотики невысокого качества, предназначенные для массового внутреннего потребления, — объясняет Сергей Пелих. — А вот в сторону Ирана идет кристаллический героин высочайшей чистоты, порядка 70–90%.

Фото: TASS/AP/Hadi Mizban

Этот продукт предназначен для взыскательных рынков Европы, Северной Америки и богатых стран Азии. Даже способ употребления такого наркотика иной, нежели в 1990-х годах в России.

— Интересно, что до нужной кондиции его доводят часто не в Афганистане, а прямо на границе, на участках, где работают курдские перерабатывающие группы, — говорит Пелих. — После их «доводки» вещество приобретает светло-кремовый цвет и чистоту 40–50%, оптимальную по меркам черного рынка для конечного потребителя.

В ожидании взрыва

С 2005 по 2009 год в Афганистане и вдоль границ были накоплены чудовищные запасы опия и героина: по оценкам УНП ООН, от 10 тыс. до 12 тыс. т в опийном эквиваленте. Этого достаточно, чтобы снабжать весь мир еще как минимум три года, даже если посевы мака в Афганистане исчезнут завтра. За последние 15 лет ситуация с утилизацией только усугубилась.

Иран стал хранилищем огромных запасов наркотиков. Как отмечает Пелих, речь идет о целых складах, десятках гектаров, занятых изъятыми веществами. И здесь возникает катастрофическая проблема: уничтожать изъятое нечем и некому.

— Обращения Ирана в международные организации с просьбой о помощи в уничтожении этих хранилищ игнорировались по политическим причинам, — констатирует эксперт.

Фото: REUTERS/Matan Golan

Мировое сообщество охотно направляло мониторинговые миссии для фиксации объемов изъятий и подсчета погибших иранских полицейских, но реальной помощи в утилизации тонн токсичных веществ предложено не было, говорит Пелих, ссылаясь на информацию от своих иностранных коллег.

— В результате склады десятилетиями остаются забиты конфискатом, который остается миной замедленного действия.

Принцип домино

Приход движения «Талибан» к власти в Афганистане в 2021 году не изменил ситуацию. Несмотря на заявления о борьбе с наркотиками и сокращении посевов, накопленные запасы и налаженные каналы сбыта никуда не делись.

— До прихода талибов уже было накоплено много опия и готового героина на границах с Ираном, — напоминает Пелих.

Более того, сама военно-политическая нестабильность всегда играет на руку трафику. Хаос — идеальная среда для наркобизнеса. И сегодня Иран, который десятилетиями сдерживал этот вал, оказался в положении крепости, которую штурмуют с двух сторон: изнутри — социально-экономические проблемы, извне — внешнеполитическое давление и непрекращающиеся провокации на границах, считает собеседник «Известий».

Фото: TASS/IMAGO/Markus Tischler

Сергей Пелих предупреждает о сценарии, который может стать реальностью уже в ближайшие годы.

— Если Иран проиграет в этой войне, если контроль на границе ослабнет, все эти накопленные запасы, весь этот конфискованный героин может просто попасть на мировой рынок.

Технически это будет реализовано через те самые морские порты, которые упоминаются в докладе УНП ООН. Контейнерные перевозки — «черная дыра» мирового трафика. Ежегодно перевозится более 400 млн контейнеров, а досматривается лишь 2% из них. Через порты Бендер-Аббас или Бушер наркотики могут уйти в любую точку мира.

— Это будет колоссальный удар по глобальной безопасности, — уверен эксперт. — Логистика позволит вывезти такие объемы, от которых мы просто ахнем.

Грядущая эра героина

Пелих и его зарубежные коллеги уверены, что последствия ослабления иранского барьера будут ощущаться по всей планете. Европа, уже переживающая всплеск потребления синтетических опиоидов, получит мощный импульс возвращения к дешевому натуральному героину.

Россия, по словам Пелиха, находится в зоне отложенного риска.

— Европейские всплески потребления обычно докатываются до нас примерно за два года. Это значит, что ситуация, которая сложится завтра на границах Ирана, послезавтра ударит по Турции и Европе, а потом вернется на улицы российских городов, отбросив нас к мрачным показателям 1990–2000-х годов.

Фото: REUTERS/Majid Asgaripour

Доклад УНП ООН 2011 года был во многом пророческим. Он указал на Иран как на главную линию обороны. Спустя годы эта линия остается такой же важной, но стала значительно более хрупкой.

Пока мировое сообщество продолжает игнорировать просьбы о помощи в уничтожении запасов и ограничивается политическими декларациями, на иранских складах продолжает копиться «взрывной» материал.

— Единственный способ избежать катастрофы — перестать смотреть на Иран как на проблему и начать видеть в нем ключевого партнера в решении одной из главных глобальных угроз современности, — говорит Сергей Пелих. — Времени на раскачку больше нет.