Материал комментируют: Андрей Дмитриев, Дмитрий Ежов

В 2025 году Россия еще сильнее укрепила связи с дружественными странами и сильнее размежевалась с недружественными, такой вывод можно сделать после изучения рейтинга дружественности и недружественности коммуникационных режимов, подготовленного Национальным исследовательским институтом развития коммуникаций (НИИРК), пишет «Коммерсант».

Это исследование предполагает изучение контактов постсоветских государств (всего 16) и распределение их по уровню «тепло-холодно» в отношениях с нашей страной.

Лидерами по степени дружественности к России эксперты назвали Южную Осетию, Абхазию и Белоруссию, что было вполне предсказуемо. У них степень теплоты отношений с Москвой составляет 90 баллов и выше.

Внизу списка, самыми враждебно настроенными государствами не менее предсказуемо оказались Молдавия, Литва, Латвия, Эстония, Украина. Уровень недружелюбия у последних четырех государств превысил 90 баллов.

Относительно дружественной страной специалисты НИИРК назвали Грузию, а последними в группе дружественных стран стали Армения, Азербайджан, Туркмения, у которых уровень дружественности менее 50 баллов.

Сложно сказать, на основе чего такие рейтинги составляются, но дружественность Армении и Азербайджана по отношению к России весьма относительная, отмечает редактор «АПН Северо-Запад» Андрей Дмитриев.

— Лидеры этих стран — Никол Пашинян и Ильхам Алиев проводят вполне чёткую антироссийскую политику, заигрывают не только с Западом, но и Украиной. Причем они этого и не скрывают. Кроме того, эти политики едины в своих намерениях выдавить Россию окончательно из своего региона.

Это видно, например, по ситуации вокруг Зангезурского коридора — его охрану российскими пограничниками, как предполагалось поначалу, дружно отвергли в Баку и Ереване. Судя по всему, скоро там появится американская ЧВК. А это уже прямой путь к созданию военных баз США в Закавказье.

Думаю, для Вашингтона было бы неплохо иметь базу в Азербайджане, где-нибудь поблизости от российской границы, к тому же присутствие в Зангезурском коридоре позволяет это сделать. База в Армении для американцев представляет интерес в силу близости иранской границы, для обеспечения влияния на регион это было бы им крайне важно.

«СП»: Некоторые вопросы вызывает десятая позиция у Туркмении в этом рейтинге. Она почти выпадает из дружественных нам государств.

— Это довольно закрытая страна, достоверной информации о происходящем там до нас доходит немного.

Туркмения стоит особняком среди республик Центральной Азии. Это заметно хотя бы по тому факту, что у нас практически нет мигрантов оттуда.

Хотя у меня есть знакомая, являющаяся одновременно гражданкой России и Туркмении, она, мягко говоря, не очень позитивно оценивает политику руководства страны в отношении русского населения. Понятно, что в ходе официальных визитов Путина в Ашхабад, вообще на официальном уровне, много говорится о сохранении русских школ, но на деле…

«СП»: О гонениях на русских в республике мы вроде не встречаем сообщений.

— Оставшиеся там русские вынуждены сидеть крайне тихо. Русская школа одна, в Ашхабаде, действительно есть. Но в целом там установлен такой вполне себе этнократический режим, при котором информация о реальном положении дел, в том числе с русскими, не особенно доходит до Москвы.

«СП»: Выходит, особых замечаний к рейтингу нет?

— Конечно, нельзя назвать такой уж дружественной политику других государств Центральной Азии — того же Казахстана, преследующего ветеранов СВО и бросающего в тюрьмы пророссийских правозащитников, например, Ермека Тайчибекова.

При этом на официальных саммитах мы видим объятия, слышим заверения в дружбе, Россия выделяет немалые транши, последний из которых получил, если не ошибаюсь, Таджикистан.

Во многом столь невнятная ситуация зависит, конечно, от украинского конфликта, в котором, несмотря на наши успехи, окончательной победы пока не просматривается.

Режим Зеленского чувствует себя вполне комфортно. Руководители некоторых постсоветских государств видят это и подыскивают для себя хозяев в других мировых столицах.

«СП»: Шаткие отношения у нас с бывшими братскими республиками.

— Ситуация, конечно, сложная. Мы видим, что даже транши из Москвы уже плохо работают. При этом бюджеты Киргизии, Таджикистана, отчасти Узбекистана, формируются в значительной степени в результате поступлений от гастарбайтеров в России.

Многие республики от Москвы зависят, но это не конвертируется в политические симпатии к нашей стране, что мы отчасти и видим на примере этого рейтинга.

Политолог, доцент Финансового университета при Правительстве РФ Дмитрий Ежов убежден, что любые рейтинговые показатели следует воспринимать как информацию к размышлению.

— Здесь, конечно, многое зависит от того, по каким критериям оценивали степень лояльности и дружественности.

Кроме того, всякая ситуация, касающаяся двусторонних отношений, развивается в динамике и завтра выставленные баллы могут быть совершенно иными. Поэтому далеко идущих выводов делать не стоит.

Конечно, при оценке рейтинга стоит помнить и о работе Запада, стремящегося выбить Россию из зоны ее традиционного влияния и воздействующего на элиты Армении, Азербайджана, Туркмении.

«СП»: Можно сделать какие-то выводы о российской политике на постсоветском пространстве?

— Можно констатировать внешнеполитические просчеты, допущенные в 1990-х годах.

Именно в ту пору была упущена масса возможностей для сохранения контроля над бывшими советскими республиками.

Прибалтику здесь можно вынести за скобки — Латвия, Литва и Эстония даже в советский период стояли особняком, там повлиять на что-то в тот период было проблематично.

Но в любом случае тогда можно вполне предотвратить появление на постсоветском пространстве недружественных государств, однако негативные процессы для нас были запущены.

Конечно, в отношении Грузии можно отметить некоторое улучшение. Однако на грузинском направлении еще очень много работы.

«СП»: Если в Грузии пришло к власти более здравомыслящее руководство, то в Армении мы наблюдаем иную картину.

— Там немалую роль играет фактор личности премьера Пашиняна, который явно непоследователен в своих действиях. Он никак не может определиться с вектором развития республики.

Не удивлюсь, если завтра маятник его политики качнется в иную сторону, а мы увидим у Армении иные баллы. Конечно, ему следует сделать выбор. Рано или поздно ситуация вынудит к этому.