Праздничные сказки от «зомбоящика»


© Стоп-кадр из музыкального фильма-сказки «Золушка» (2018)

Попытка возродить жанр новогоднего мюзикла обернулась халтурной пародией с селебрити-зомби в главных ролях.

Телевизионщики без устали напоминают нам, что встречать Новый год без любимых артистов — все равно что отказаться от оливье и поздравления президента под бой курантов. В этом году они подумали, что сюрпризов вроде дуэта Петросяна с Бузовой недостаточно, и возвратились к подзабытому жанру праздничного мюзикла.

Лет десять назад он прочно ассоциировался c каналом «Россия» и режиссером-клипмейкером Александром Игудиным, штамповавшим с 2007 по 2013 годы капустники под личиной старых добрых сказок — «Золотой ключик», «Морозко», «Новые приключения Аладдина» и другие. Затем наступил перерыв. Не исключено, что свою роль сыграл низкий рейтинг всех этих новогодних историй.

Однако в канун 2019 года руководство телеканала решило возродить традицию и обратилось к нестареющему сюжету о Золушке.

Создатели мюзикла утверждают, что за основу взята классическая постановка 1947 года в компиляции с мультфильмом Диснея. Однако семнадцать лет назад свою новогоднюю вариацию по мотивам сказки Шарля Перро уже показывали на Первом канале. Обе интерпретации почти не отклоняются от литературного оригинала, поэтому сравнивать их следует через призму поменявшихся культурных ориентиров.

Хочу сразу заметить: в моем рассуждении нет ностальгических эмоций. Я не склонна ударяться в воспоминания, что деревья раньше были больше, а искусство — душевнее. Версия 2002 года в свое время вообще прошла мимо меня, и сужу я о ней на основании сегодняшних впечатлений. Причем получены они были уже после знакомства с версией-преемницей.

Вердикт однозначен: прав был булгаковский Воланд — «второй» свежести не бывает. И не важно, о чем идет речь — об осетрине или о новогодней фантасмагории.

Старый мюзикл создавался совместно с каналом «Интер», поэтому многие роли в нем исполнили украинские актеры. В одном эпизоде даже снялся популярный рок-музыкант Олег Скрипка — для него нашлась роль Трубадура. Ну а ветераны отечественной эстрады на тот момент были моложе, и у них еще имелся запал что-то творить, а не высасывать последние соки из былых заслуг.

Однако преимущество того проекта не только в том, что в нем участвовали не приевшиеся нам артисты. Его задор заключался и в художественных плюсах. К ним относятся оригинальное музыкальное оформление талантливого Константина Меладзе, красивые визуальные решения в мрачноватой и лаконичной палитре, отсылки к готическому жанру — а порой даже к стимпанку, который стал известным и модным в России лишь несколько лет спустя.

Актеры на «Оскар» явно не претендовали, но играли убедительно и элегантно. Молодой Николай Басков был вполне органичен в роли Принца, Валерий Леонтьев добавил образу Короля инфернальности. Валерий Меладзе сыграл отца Золушки, который выглядел не приложением к колоритной Мачехе, а самостоятельным и глубоким персонажем.

Другие исполнители, возможно, были чересчур гротескны. В первую очередь это относится к Андрею Данилко и Лолите Милявской, сыгравшим зловредных Сестру и Мачеху. Но и они не вызывают раздражения.

Наименее интересная роль, как ни странно, у Юлии Мавриной, сыгравшей Золушку. Однако главная героиня, если подумать, и в оригинале весьма невнятна — таков уж закон жанра.

Но самым симпатичным компонентом той постановки было присутствие магии, на которой основана оригинальная сказка. Пусть во многом она держалась на наивной по нынешним меркам компьютерной графике, но все же тыква превращалась в карету, мыши — в коней, крысы — в кучера, а момент с обнажением Золушки выглядел забавным и обаятельным озорством.

И что же нам предложило современное новогоднее телевидение?

Никто не удосужился написать новую музыку — одни изуродованные песни из глубокой старины, в том числе и легендарная «Хоть поверьте…» Цветовая палитра словно украдена у торта с детской вечеринки, настолько режет глаз розовая и голубая кислотность.

Актеры — стандартная труппа Игудина: Николай Басков, Юрий Гальцев, Елена Степаненко, Анна Семенович, Анастасия Стоцкая и гвоздь программы Филипп Киркоров в роли Церемонимейстера. Они даже не пытаются имитировать игру, а всего лишь пародируют свои коронные амплуа.

Особенно отличился Андрей Малахов, предложивший искать обладательницу хрустальной туфельки по тесту ДНК. Бывшая артистка Comedy Woman Наталья Медведева еще меньше, чем Юлия Маврина, похожа на замотанную домашней пахотой Золушку.

Грим, наряд и выражение лица Елены Воробей напоминает не о доброй фее, а о героине сказки «Гензель и Гретель», живущей в пряничном домике. Огорчили своим присутствием Михаил Боярский, даже не скрывающий, что он играет постаревшего мушкетера, и Борис Смолкин, которого вообще можно было заменить мебелью.

А еще очень сильно раздражают вкрапления из современного жаргона и стиля общения, вставленные тут и там просто для галочки, — «китайский интернет-магазин», «мачехинский капитал», «хэнд-мэйд», «фэн-шуй», «вай-фай», волшебство с помощью планшета и приложения «Кучер»… Иначе говоря, никакой магии здесь мы не увидим, только достижения современной техники.

Ей-богу, лучше бы сделали святочный ужастик на основе сказок братьев Гримм, а не Перро с Диснеем, — была бы хоть какая-то неожиданность. И, возможно, наши селебрити, которых и так давно в народе прозвали зомби, в нем смотрелись бы органичнее.

Словом, если версия 2002 года была настоящей сказкой, пригодной для семейного просмотра, то нынешняя — халтурная пародия, достойная только того, чтобы резать на ее фоне салаты, изредка оглядываясь на экран.

Карету Золушки окончательно превратили в тыкву, и никакие волшебные приложения это не исправят.

Людмила Семенова    Росбалт