Чем больше чиновников, тем ниже безопасность


© Фото Александры Полукеевой, ИА «Росбалт»

В условиях гражданского общества внешние проверки могут быть заменены самоконтролем, что значительно дешевле и эффективнее.  

Реакция властей на трагедию в Кемерово напоминает стилистически отточенную редакторскую правку статьи Аграновского. Какие уроки сделаны из трагедии? Во всем виновата система контроля. Выяснилось, что «Зимнюю вишню» проверяли спустя рукава и отведя глаза. По всей стране девятым валом идут проверки торговых центров. Скажите, найдется ли хотя бы один праведник, который поверит, что они сделают торгово-развлекательные центры безопасными? Со времен Гоголя граждане знают цену показательной ревизии и понимают, что подобные акции к реальной проблеме отношения не имеют.

Самый простой вопрос: имеется ли корреляция между количеством проверок и пожарной безопасностью объектов? Если полистать ежегодный статистический сборник Всероссийского НИИ противопожарной безопасности МЧС России «Пожары и пожарная безопасность», то выяснится, что количество проверок никак не связано ни с количеством пожаров, ни с числом жертв. Корреляция прослеживается с плотностью населения и предприятий, с нагрузкой на объект.

К сожалению, невозможно собрать корректную статистику о том, как связана техническая оснащенность объекта современными противопожарными системами и количество пострадавших на пожарах. Однако массовые трагедии в «Хромой лошади» и в «Зимней вишне», где системы оповещения и пожаротушения не работали, не оставляют сомнений, что это является решающим фактором. Но опять же, технологическая отсталость на фоне коррупции и разгильдяйства…

Но почему не работает формула «больше проверок — больше порядка»? Знакомые признаются, что в качестве пожарного инспектора в последнее время все чаще являются барышни с пухлыми губами и психологическим образованием. Право же, от Остапа Бендера в этой роли толка было больше. Подобные ролевые игры возможны не только в результате коррупции, но также из-за формального характера требований пожарной безопасности. Как говорил Ленин, «формально правильно, а по сути издевательство».

Кстати, если проверки не работают, то они даже не безвредны, а приносят экономический ущерб. Можно смягчить инвективы в адрес даже качественной проверки и предположить, что польза от нее исчезающе слаба по той причине, что на безопасность влияет слишком много причин и зоркий глаз пожарного инспектора нивелируется другими факторами.

Но почему власть делает упор именно на проверки? Следствие бюрократической природы российского государства, которое отличается тотальным недоверием к любым проявлениям частной инициативы. Властная вертикаль — апофеоз административного недоверия к гражданам и работникам. Государство должно контролировать всех и вся, даже если это приносит очевидный вред. В качестве иллюстрации можно привести незавидную судьбу российских инноваций и малого бизнеса, где только и может возникнуть питательная конкурентная среда высоких технологий. С высоких трибун звучат правильные речи, но доля занятых в малом бизнесе не увеличивается, а инновационная экономика выглядит как покинувшая нас мечта о коммунизме.

В системе тотального государственного контроля процветает презумпция недобросовестности каждого конкретного работника. «Был бы человек, а статья найдется», как говорил известный прокурор Вышинский. Бюрократическое давление усиливается во всех отраслях. Грядет цифровая революция, но в реальности весь российский люд — участковые, врачи, учителя, профессора, чиновники — жалуются на непомерно возросший объем бумажной работы. Каждый чих необходимо фиксировать на бумаге. У школьного учителя отчеты забирают треть рабочего времени, в полиции — половину. В вузе приходится раздувать штаты и снижать зарплату за счет многочисленного департамента различных методистов.

Но как решить проблему контроля и безопасности без государственного администрирования? Первый рецепт — контроль на входе, а не в процессе, что значительно дешевле. То есть условный отдел кадров принимает на работу изначально квалифицированный состав, теребить который бесконечными ревизиями нет нужды. Однако это простое решение упирается в неискоренимую коррупцию и кумовство. Та же «Зимняя вишня» стала вотчиной чиновничьих кланов, разросшихся вокруг несменяемого губернатора.

В условиях гражданского общества внешний контроль может быть заменен самоконтролем, что значительно дешевле и эффективнее. Как говорил поэт, «Не вне, а в нас самих и бед и счастья семя». Пожарная охрана, полиция, система образования во многих странах находятся под прямым общественным контролем, а во главе этих институтов стоят избираемые чиновники. Для примера, нынешний министр образования США Бетси Девос — бывшая общественница, правда, в ранге миллиардера. Выбор образовательного или медицинского учреждения — это испытанная форма общественного признания и контроля. Робкие попытки внедрить эту систему в России были отвергнуты, но не гражданами, а чиновниками, которые верят, что люди работают только из-под палки.

Вы не замечали, что в последнее время мы все реже слышим о таких качествах как профессиональное достоинство, честь, профессиональная культура и этика? Кстати, у нас уже и профсоюзов фактически нет. Вымерли, как мамонты. А ведь именно профессиональное достоинство является самым сильным фактором, который влияет на качество работы. Однако тотальный и удушающий контроль атрофирует профессиональную культуру. Мой знакомый вывел шутливую формулу: «Чем больше чиновников, тем ниже безопасность».

Какие уроки будут сделаны после пожара в «Зимней вишне»? Как со статьей Аграновского, виновата система, а окажется, что виновата система контроля. Будут в очередной раз наказаны «стрелочники», то есть ничего не изменится. Катастрофа — следствие не только халатности и разгильдяйства, но также результат попустительства и часто даже поощрения нарушений, которые порождены архаичной системой управления.

Сергей Лесков     Росбалт